26 Июля 2017

Среда, 20:45

ВАЛЮТА

КАТАР ЗА КОЛЮЧЕЙ ПРОВОЛОКОЙ

Почему США и их арабские союзники ополчились на богатейший эмират?

Автор:

15.06.2017

Межарабский разрыв вот уже пару недель остается одним из центральных сюжетов мировой политики. 10 стран встали на путь изоляции Катара, но за их решением скрываются причины, которые выходят далеко за пределы арабского сообщества.

 

Разрыв с Дохой

Громом средь ясного неба стало сообщение, что Саудовская Аравия, Бахрейн, Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ), Йемен, Египет, Ливия, Мальдивская Республика, Республика Маврикий, Мавритания, Коморские острова разрывают дипотношения с Дохой. Выступившие против Катара страны заявили о прекращении всякого сухопутного, воздушного и морского сообщения с этим эмиратом. Таким образом, казавшиеся чуть ли не идиллическими взаимоотношения между арабскими монархиями Персидского залива явились мифом, приказавшим долго жить.

Катар обвиняют в поддержке терроризма и экстремизма, а также во вмешательстве в дела других арабских государств. Особый пункт в обвинительном списке недовольных Катаром - выстраивание им нормальных отношений с Ираном. Последний аспект вызывает чрезвычайное недовольство, прежде всего, у Саудовской Аравии, рассматривающей Иран в качестве главного соперника за лидерство в мусульманском мире.

Одновременно раздражителем выступает поддержка Дохой организации "Братья-мусульмане" и связанных с ней суннитских группировок. Это особо волнует присоединившийся к антикатарской кампании Египет, президент которого Абдель Фаттах ас-Сиси пришел к власти после свержения "брата-мусульманина" Мухаммеда Мурси и объявил этой организации настоящую войну.

Все эти обвинения в адрес Катара - бесспорно, лишь проявление внутриарабских противоречий, развивающихся на фоне устремлений ряда стран, главным образом Саудовской Аравии, к региональной гегемонии. В последние годы Катар, богатейшее государство в мире по уровню дохода на душу населения, превратился во влиятельного в финансово-экономическом отношении игрока - причем не только в масштабах региона Залива, но и всего арабского пространства. Именно Доху называют одним из основных спонсоров так называемой "арабской революции", приведшей к смене режимов в Тунисе, Ливии и других странах. Катар поддерживает ряд исламистских группировок, воюющих в Ираке и Сирии, причем в отличие от Эр-Рияда, стоящего за радикальными ваххабистскими группировками, Доха в основном делает ставку на союзные "Братьям-мусульманам" структуры.

Еще один водораздел между Эр-Риядом и Дохой проходит в сфере энергетики, поскольку Катар - одно из наиболее богатых газовыми ресурсами государств. В этой связи даже существует мнение о том, что одной из причин провоцирования Западом сирийского кризиса было намерение провести по территории Сирии газопровод из Катара в Европу.

Однако рассмотрение околокатарских перипетий невозможно без учета событий, стремительно развивающихся и в другом, куда более знаковом для Ближневосточного региона сюжете. Речь идет о ситуации вокруг Ирана, которая сама по себе является важной составляющей геополитического противоборства в региональном и глобальном масштабе. Тем более если к ней привязать еще и фактор возмутившего своих "арабских родственников" Катара.

 

Иранский "орешек" и танец с саблями

Поводом к недовольству Катаром как страной, поддерживающей нормальные отношения с Ираном, стали два события. Во-первых, несмотря на резкую критику Ирана со стороны США и Саудовской Аравии на арабо-исламо-американском саммите в Эр-Рияде, катарское информагентство обнародовало речь от имени эмира Катара Тамима бен-Хамада аль-Тани, в которой выражается недовольство военной сделкой между Вашингтоном и Эр-Риядом на сумму в $110 млрд. и отмечается необходимость поддержки диалога с Тегераном. Впоследствии официальная Доха опровергла подлинность этой речи, связав ее появление на сайте агентства новостей с работой хакеров. Тем не менее враждебные Ирану Саудовская Аравия, Египет, ОАЭ и другие не поверили объяснениям катарцев, что и стало одной из причин разрыва их отношений с Дохой.

Во-вторых, масла в огонь подлила также и информация о том, что Катар заплатил миллиардный выкуп за членов семьи эмира, захваченных в заложники на территории Ирака. Сообщившее об этом британское издание Financial Times отметило, что выкуп был заплачен как одной из ячеек террористической организации "Аль-Каида" в Сирии, так и спецслужбам Ирана. Поcледнее, судя по всему, стало в глазах саудитов и их союзников еще одним аргументом в пользу сотрудничества между Дохой и Тегераном.

Однако в раскручивании антииранской риторики в арабо-суннитском мире куда большую роль, нежели Эр-Рияд, играют США. Новая американская администрация во главе с Дональдом Трампом встала, по сути, на путь пересмотра прежнего политического курса Вашингтона в отношении Ирана, который осуществлялся в годы президентства Барака Обамы. Под вопрос поставлена даже реализация сделки по проблеме ядерной программы Исламской Республики, ставшей возможной во многом благодаря отказу администрации Обамы от курса на силовое решение иранского вопроса. Нынешний глава Белого дома дает понять, что готов на любые решительные действия в целях противодействия расширению иранского влияния на Ближнем Востоке. В качестве повода для наступления на Иран выдвигается тезис о поддержке им терроризма. При этом США вновь делают ставку в регионе на военное сотрудничество с Саудовской Аравией, которую Иран и некоторые другие страны, открыто или с намеком, обвиняют в поддержке террористических группировок, орудующих на территории Сирии и Ирака под знаменем ваххабизма. 

Уместно затронуть в этой связи оценку иранским руководством терактов, произошедших в Тегеране аккурат на фоне объявления Катара региональным изгоем. Заместитель руководителя Корпуса стражей исламской революции генерал Хоссейн Салами обратил внимание на то обстоятельство, что теракты в Иране произошли вскоре после встречи американского президента с лидерами Саудовской Аравии, которые "поддерживают террористов". А глава МИД ИРИ Мохаммад Джавад Зариф прямо заявил, что "иранцы столкнулись с терроризмом при поддержке сателлита США", имея в виду всю ту же Саудовскую Аравию.

Не менее показательна реакция Тегерана и на бойкот Катара, фактически расплачивающегося за свою лояльность к Ирану. "Это - первый результат танца с саблями", - написал в своем Twitter замглавы администрации иранского президента Хамид Абуталеби, намекая на совместное исполнение президентом США и королем Саудовской Аравии Салманом ибн Абдул-Азизом традиционного танца аль-арда.

Действительно, трудно избавиться от впечатления, что антикатарская кампания вдохновлена заокеанской сверхдержавой. Как невозможно игнорировать и заявление самого Дональда Трампа о том, что Катар поддерживает террористов на самом высоком уровне. Однако здесь необходимо указать на один существенный момент: Катар, наравне с другими арабскими монархиями Персидского залива, долгое время выступал в качестве стратегического союзника Вашингтона. Достаточно отметить, что на территории эмирата функционирует американская военная база. Но данный факт, имевший огромное стратегическое значение при прежней американской администрации, выступавшей с позиций либерального глобализма, потерял свою притягательность при президенте Трампе. Нынешний хозяин Белого дома фактически реализует курс, в рамках которого либерально-глобалистские интересы отступают на второй план. С этим и связан пересмотр "иранской политики" Вашингтона, и на это прямо указывает решение Трампа наказать Катар, который вопреки воле Белого дома повел дружбу с Тегераном.

 

Турция тут как тут

Поддержанный Соединенными Штатами демарш ряда арабских стран фактически обрекает Катар на изоляцию. На фоне разрыва дипотношений с соседями обвалился катарский фондовый рынок, рухнули акции нацбанка Катара. В условиях прекращения торговли с "братьями по Заливу" население страны ожидает дефицита товаров и роста цен, в связи с чем оно начало массово скупать продовольствие, лекарства и предметы первой необходимости. Однако у Катара все же есть возможность прорвать блокаду и даже не допустить вполне возможного силового давления со стороны недругов.

После того как Катар оказался в сухопутной и воздушной блокаде, для него остался открытым лишь один путь - через Персидский залив в Иран. И в такой ситуации именно Иран предложил Катару руку помощи, выразив готовность снабдить арабский эмират необходимым продовольствием.

Между тем нашлись и страны, готовые оказать Дохе и непосредственную военную поддержку. Речь идет, прежде всего, о Турции, высоко ценящей поддержку Катаром Сирийской свободной армии, на которую в кровавой войне в Сирии делает ставку сама Анкара. Неудивительно, что в Турции восприняли антикатарские действия стран Залива как направленный против самой Анкары шаг, преследующий, в частности, цель ослабить российско-турецко-иранское взаимодействие в сирийском урегулировании.

Глава МИД Турции Мовлут Чавушоглу прямо заявил, что Анкара огорчена решением ряда арабских стран о разрыве дипотношений с Катаром и призывает к продолжению диалога между ними. К слову сказать, Москва также выразила свою незаинтересованность в межарабском разрыве и косвенно поддержала Доху в ее развернувшемся противостоянии с Вашингтоном, Эр-Риядом и прочими.

Однако Анкара предприняла еще один, стратегически значимый, шаг в поддержку Катара. Турецкий парламент ратифицировал соглашение с Катаром о размещении на территории этой страны военного контингента Турции. Сразу после этого президент Турции Реджеп Тайиб Эрдоган подписал распоряжение о ратификации данного соглашения. Таким образом, Анкара сформировала, по сути, стратегический союз с Дохой на основе соглашения об укреплении двустороннего сотрудничества, подписанного сторонами еще в 2014 году. Заявив об отправке своих военнослужащих в Катар и создании турецкой военной базы на территории арабского эмирата, Анкара дала понять, что не даст Доху в обиду.

Между тем аналогичное решение об отправке своего военного контингента в Катар принял, вслед за Турцией, и Пакистан. Как ожидается, Пакистан направит в Катар более 20 тысяч военнослужащих в соответствии с двусторонними соглашениями в военной сфере.

Разумеется, подобные меры со стороны Анкары и Исламабада вызывают ряд вопросов. Первый из них: означает ли военная поддержка Катара Турцией и Пакистаном их выпад против Саудовской Аравии, с которыми они также развивают тесное сотрудничество? Или это всего лишь акции, призванные содействовать межарабскому перемирию?

Другой не менее значимый вопрос: следует ли расценивать демарши Анкары и Пакистана как недовольство новой ближневосточной политикой Вашингтона при Дональде Трампе, который дает понять, что не потерпит никакого сопротивления американским планам переустройства региона?

Эти и другие вопросы, встающие в связи с развитием околокатарской ситуации, свидетельствуют о ее крайней неоднозначности и сложности. Ясно одно - она подтверждает судьбоносный для всей глобальной безопасности характер процессов на Ближнем Востоке, во всем мусульманском мире.



РЕКОМЕНДУЙ ДРУЗЬЯМ:

11
Лента новостей