18 Января 2019

Пятница, 18:05

ВАЛЮТА

БЕСКОНЕЧНАЯ ИМПРОВИЗАЦИЯ

Тарана МАХМУДОВА: «Современный музыкальный мир очень противоречив – грустно наблюдать за тем, как он идет к деградации»

Автор:

01.01.2019

«Я верю, что музыка может исцелять и просветлять, и я посвящаю себя тому, чтобы облегчить жизнь других людей, поскольку музыка помогает и мне самой». Эти слова принадлежат известной джаз-исполнительнице Дайан Ривз. И именно они проносились в голове во время искренней и откровенной беседы с азербайджанской джазовой певицей Тараной МАХМУДОВОЙ. Эти слова наиболее полно и отчетливо описывают жизненный и творческий путь становления Тараны ханым. В самые трудные моменты жизни она решила найти утешение в джазе, и действительно, музыка стала ее лучшим другом. Она исцелила, вдохновила и подарила веру в себя и свои возможности. Страсть творческой натуры, любовь ко всему, жажда познания, стремление задать новую планку звучанию национального джаза – все это отражает творчество джаз-певицы Тараны ханым. Недавно исполнительница вместе с зарубежными коллегами дала грандиозный концерт в Центре мугама в Баку. В беседе с нашим корреспондентом певица рассказала о профессиональном поиске, сбывшихся мечтах и личностных переживаниях. 

- Поздравляем вас с недавним концертом, который прошел в Международном центре мугама. Каковы ваши впечатления?

- Я была на седьмом небе от счастья. Cчитаю себя везучим человеком в этом плане. Современный музыкальный мир очень противоречив – грустно наблюдать за тем, как он идет к деградации. Концерт был грандиозным. И самое приятное то, что все это я сделала своими силами.

- Вы разделили сцену с зарубежными музыкантами. Как удалось собрать на сцене интернациональный коллектив?

- Мой отец умер 3 года назад. Все это время я находилась в глубокой депрессии. Через 7 месяцев после его смерти я поняла, что схожу с ума. И тогда я дала первый концерт вместе с грузинскими музыкантами, которые приехали в Баку по моему приглашению. Вся организаторская работа, аранжировка легли на плечи моего лучшего друга - талантливого джазмена, лучшего пианиста Эльбея Мамедзаде. Спустя год я вновь вышла на сцену. В этот раз приняла участие в джазовом фестивале, который проходил в Баку. В 2018-м я решила, что дам концерт вместе с именитыми мировыми музыкантами. Мое исполнение прошло в сопровождении бас-гитариста мирового класса Линлей Марта (Франция), известного ударника, участника и лауреата международных фестивалей Зазы Цердцвадзе (Грузия) и талантливого пианиста Эльбея Мамедзаде (Азербайджан). Для меня эти музыканты - лучшие в мире. Они давно занимаются творчеством. Хоть по возрасту я старше них, все же для меня был большой риск петь перед такими профессионалами. Линлей всегда успокаивал меня и давал много дельных советов. Признаюсь, этот человек восхитил меня своей гордостью, уверенностью и мастерством в той стезе, которую для себя избрал. Несмотря на то, что он величайший музыкант, в нем сидит простой человек – так сказать «свой парень». И этот микс придавал ему невероятную душевную красоту. Они приняли мое приглашение, и мы дали невероятный концерт.  

- И что для иностранных музыкантов азербайджанская музыка? 

- Линлей Март обожает ее. Он живет в Париже, где все любят фольклорную музыку и джаз. После репетиций, беседуя, я познакомила его с творчеством Хаджибабы Гусейнова, Шовкет Алекперовой, Рашида Бейбутова. Он был восхищен. Ему очень нравятся Восток и его культура. Признаюсь, его интерес вдохновил меня на то, чтобы я продолжала свой путь в направлении национального джаза. Ведь согласитесь - американца или француза не удивишь исполнением джаза в его традиционном стиле. Поэтому необходимо совершенствовать и пропагандировать национальную музыку.

- Азербайджанский джаз зачастую интерпретируют как синтез с мугамом. Можно ли внести что-то новое?

- Да, Вагиф Мустафазаде подарил Азербайджану синтез мугама с традиционным джазом. Каждый считал бы себя счастливым, если бы умел играть как этот гений. Однако долг каждого из нас - вносить в музыку что-то свое. Как линий на руке не бывает одинаковых, так и в музыке не должно быть одинакового исполнения. Каждый человек обладает своим тембром и манерой, и мы должны отличаться друг от друга. К сожалению, в поп-музыке музыканты стараются следовать путем устоявшихся исполнителей. Но я предпочитаю индивидуальность. Иметь свое лицо и почерк, а дальше уже работать над собой. 

- Вы также известны как поп-исполнительница. Но вы сменили жанр…

- Моя первая профессия - режиссер. Но я решила посвятить себя музыке. Да, у меня есть песни в поп-жанре, и я выступаю на корпоративах – это мой заработок. И у меня есть поклонники в этом жанре. При желании я могла бы усовершенствовать свои навыки в этом направлении и подняться на вершину, но я выбрала джаз. Уже семь лет как начала серьезно заниматься джазом. Он стал для меня невероятным миром фантазий и невообразимых эмоций. Я джаз люблю страстно. Я просто живу этой музыкой. Да и вообще я люблю любить (смеется). В первый раз я познакомилась с джазом, когда мне было 17 лет. Принесла домой пластинку Билла Холидея и начала слушать. Вы будете смеяться, но меня отшатнуло. И я со словами «что это за музыка» нервно отбросила пластинку в сторону. Затем стала размышлять - если эта музыка создана и она настолько популярна, значит, что-то в ней кроется. Ровно два года я заставляла себя слушать джаз, чтобы познать его. Жила в Сумгайыте и дружила с ребятами, которые исполняли рок. Они советовали мне пойти по пути жанра, который они исполняли. Но было уже поздно. Вдруг я осознала, что втянулась - внутренне я приняла джаз и влюбилась в него. Я слушаю и слушаю – и это такие легенды мирового джаза, как Вагиф Мустафазаде, Брэд Мелдау, Дайан Ривз, Билли Холидей. Великие музыканты вдохновляют меня. Если в классическом жанре есть рамки, то в джазе их нет. Это бесконечная импровизация. Правда, к импровизации я всегда осторожно относилась. Но все же решилась.  

- Вы исполняете азербайджанские народные песни в джазовой интерпретации. Как их выбираете? По популярности или по своему вкусу?

- Нет, не по популярности. Мы решили обратиться к народным мелодиям, которые приятны для слуха азербайджанского человека. Так, на концерте я исполнила песню «Лачин». Обратиться к ней мне посоветовал Эльбей Мамедзаде. Первая реакция – испуг и отказ. Боялась, что не осилю. Но когда он взял первые ноты - понеслось. Мы исполнили ее в манере колыбельной для Лачина, который остался один и никто не поет ему и не заботится о нем. Я почувствовала, что зал плачет. Исполнять эту музыку, наполненную нотками любви и потери, для меня было честью. Потому что у меня в одной руке течет кровь под названием «любовь к моей Родине», а в другой - кровь под названием «джаз». Также я исполнила на концерте песню Акифа Исламзаде, к которой мало кто обращался. Спасибо ему, что он дал разрешение на исполнение этого шедевра. Очень удачно, на мой взгляд, получилось.  

- Каждый азербайджанец исполняет мелодию «Лачин» с большой горечью. Сможет ли зарубежный исполнитель также исполнить эту музыку? 

- Каждый профессиональный музыкант должен сперва изучить историю песни, прочувствовать ее. Конечно, никто, как азербайджанец, не сможет спеть «Лачин». На репетиции, признаюсь, я не плакала, но вот на сцене еле смогла сдержать свои эмоции. Очень трудная композиция.

- Что происходит, когда на сцене встречаются музыканты разных стран, практически разных миров, исполняющие одно и то же произведение?

- Джаз - стиль, который всегда хочется синтезировать, возможность почувствовать другую душу. Джаз – это семья, где абсолютно разные люди становятся родными. Совместная игра - это поток информации, который мотивирует и вдохновляет. Цитирую великого пианиста, который отметил, что, собирая на свои концерты музыкантов из разных стран, с разным профессиональным опытом, мы не просто исполняем музыку, а обмениваемся масштабной информацией и учимся друг у друга многому. В нашей команде - Линлей Март, Заза Царцвазде и Эльбей Мамедзаде - мы многое переняли друг у друга. Мы задавали друг другу массу вопросов, уточняли моменты, которые нас смущали. Эта информация смешалась и оказалась полезной для каждого. Я планирую расширить границы своего познания, пуститься в свободное плавание и обогатиться, участвуя в разных фестивалях во многих странах мира.

- То есть планы на будущее грандиозные?

- Да. Я очень люблю жизнь и имею масштабные планы. После смерти отца моя правая часть тела почти не двигалась. Я хромала. У меня были адские боли, но в таком состоянии я продолжала жить – водила детей в сад, шахматный кружок. Три года я жила, испытывая физическую и моральную боль. Считаю, что человек создан дарить любовь и получать ее. Когда испытываешь любовь ко всему, но не получаешь ничего взамен, чувство можно исчерпать. Но, слава Богу, я получаю отдачу от музыки. И если по утрам у меня нет настроения – слушаю джаз. Эту же отдачу я получаю, когда обнимаю своих малышей. Это невероятные чувства.  

- Дети понимают, чем занимается мама?

- Да, они приходят на мои концерты. Особенно девочка гордится. Говорит: «Мама, а тебя знают вообще?» Когда опаздываем в школу, я ругаю себя, а она меня успокаивает: «Мама, ты же звезда» (смеется). Своих детей воспитываю в творческом русле. Они очень любят джаз и классическую музыку. Засыпают под Моцарта и Баха. С четырех лет они у меня ходят в музыкальную школу. Но в будущем, безусловно, выбор за ними. Вот так: в гармонии с музыкой и живем (улыбается).

- Ранее вы заметили, что музыка деградирует. Что является направляющей силой в этом? Что этому способствует: общество или музыканты?

- Тенденции диктуют музыканты. Я не могу винить в этом общество, потому что люди требуют от нас того, что даем мы. Музыканты же любят обращаться к легкой музыке - одни, поскольку должны на что-то жить, другие же, чтобы зарабатывать большие деньги на этом. Наша земля породила немало талантливых пианистов-самородков. По словам Линлея - самые лучшие пианисты постсоветского пространства - это азербайджанцы. И я полностью разделяю эту точку зрения. Пианистов из Баку сегодня знает весь мир. Это Салман Гамбаров, Эльчин Ширинов, Шахин Новрасли, Исфар Сарабский, Эльбей Мамедзаде. Многие из них имеют контракты за границей, и я горжусь каждым из них. И в поп-музыке у нас много талантов. К сожалению, в джазовом направлении двигаться немного сложнее, потому что в Азербайджане пока нет школы джаза.

- Так что же вам помогает развиваться и учиться?  

- Я постоянно занимаюсь и работаю над собой. В Баку у меня педагог Тамилла Ахмедова, а в Грузии я познакомилась с прекрасным мастером вокала Гулико Чантурия. Пока нам удается заниматься дистанционно. Когда бываю в Грузии, общаемся. Она меня многому учит. Очень люблю Айгюн Байрамову. Мы находимся с ней в прекрасных отношениях. Планирую взять уроки и у нее. И, конечно, мы многому учимся, давая концерты. Счастлива, что своими силами могу организовать концерт в больших залах и в мини-джаз-клубах без всякой спонсорской поддержки. Зарабатываю поп-музыкой и вкладываю этот заработок в свое джаз-становление. Мой грузинский педагог сказала мне, что я создана для джаза. Поэтому с большой любовью я двигаюсь в этом направлении.

- Есть ли разница в исполнении джаза перед большой публикой и в мини-джаз-клубе?

- Конечно, и большая. Сейчас у меня бывают выступления в джазовом клубе Moon blue. Там с любителями этого направления мы говорим на одном языке - на языке джаза. Если же говорить о больших концертах, то они вызывают огромное волнение. Даже у меня, у человека, который всегда был на сцене. Я не могла себе этого представить, пока не оказалась на сцене большого концерта. У меня тряслись ноги и голос соответственно. Зритель – он все это чувствует. Второй раз я выступала на джаз-фестивале, где меньше волновалась, а вот в третий раз почувствовала себя более уверенной и свободной. Думаю, чем дальше, тем будет лучше (улыбается).

- Как известно, на джазовом фестивале, проходящем в Баку, редко выступают местные музыканты, тем не менее вы оказались на этой сцене.

- Да, я была единственной исполнительницей из Азербайджана. Хотелось бы гордо и всеми силами представлять родину на мировых фестивалях в том числе. У меня есть талант и стремление. Как сказал Эйнштейн, самое главное - это мечта, а не знание. Мои мечты имеют обыкновение сбываться. Я дала концерт, о котором мечтала. Пригласила музыканта, с которым желала разделить сцену. Правда, очень устала. Как будто у меня на спине был тяжелый груз и после концерта он упал… Но я сделала это.

- Значит, мечты сбываются?

- У меня поздние и долгожданные дети. На моем первом концерте мама мне сказала: «Тарана, помнишь, у тебя не было ни концертов, ни детей. И однажды ты мне сказала, что хочешь, чтобы у тебя был джаз-концерт, где среди зрителей будут сидеть твои дети».

На моем первом джазовом концерте сидели мои любимые двойняшки, которым было по 3 года. Это было счастье. Я забыла о тех своих словах, а мама помнила.

Мечты сбываются, даже если мы забываем о них.

- О чем мечтаете сейчас?

- Вместе со своими детьми объездить весь мир с концертами, представляя Азербайджан на фестивалях.  

- 31 декабря отмечается День солидарности азербайджанцев мира… 

- Это важная и замечательная дата. Она говорит о сплоченности и единстве нашего народа, призывает нас к этому. Где бы мы ни находились, наша главная цель - защищать интересы нашей страны, представлять Азербайджан на должном уровне во всех сферах деятельности. Приложить все усилия, чтобы имя нашей страны было на высоте. Моя мечта, чтобы в ближайшем будущем эту дату мы встретили территориально целостным Азербайджаном, с надеждой, что песню «Лачин» мы будем петь в самом Лачине со слезами радости. Я поздравляю нас с Днем солидарности азербайджанцев мира и с Новым годом! Добра, мира и благополучия!



РЕКОМЕНДУЙ ДРУЗЬЯМ:

6
Лента новостей