17 Августа 2019

Суббота, 16:52

ВАЛЮТА

ОСОБЕННОСТИ ТУРЕЦКОЙ ДЕМОКРАТИИ

Что изменилось и изменится в турецкой политике после повторных муниципальных выборов в Стамбуле

Автор:

01.07.2019

Находящиеся в центре внимания мира повторные муниципальные выборы в Стамбуле закончились без шума. Из-за большой разницы голосов между кандидатами результаты голосования были приняты всеми; не возразила даже правящая партия. Вечером того же дня президент Реджеп Тайип Эрдоган и кандидат в мэры от Партии справедливости и развития (ПСР) Бинали Йылдырым поздравили Экрема Имамоглу. Если на первых выборах, проведенных 31 марта, разница между кандидатами составляла всего 25 тыс. голосов (13 тыс. после пересчета бюллетеней), то по итогам повторного плебисцита 23 июня отрыв был гораздо ощутимее: 806 тыс. Иными словами, жители Стамбула в этот раз выразили более решительную поддержку Имамоглу.

Выборы уже позади. В ближайшие пять лет крупнейшим городом Европы будет управлять Экрем Имамоглу. За него отдали свои голоса 54,21% избирателей, или 4 741 868 жителей Стамбула. Естественно, такой исход событий - весомая поддержка для новоизбранного мэра Стамбула. Но в будущем его ждут серьезные испытания.

 

Значимость Стамбула

Муниципальный совет Стамбула насчитывает около 180 членов от правящей коалиции и около 140 представителей от оппозиции. То есть именно тут Имамоглу натолкнется на самую мощную противодействующую силу. Вторая серьезная проблема - экономическая ситуация в мэрии, которая, согласно официальным данным, задолжала 500 компаниям около 26,8 млрд. лир.

В нынешнем году бюджет мэрии составляет 23,8 млрд. лир. С учетом дополнительных 2,5 и 8,5 млрд. лир на счетах IETT (Главное управление по эксплуатации общественного транспорта) и ISKI (Главное управление водоснабжения и канализационных систем) соответственно бюджет организации составляет порядка 34,8 млрд. лир. А значит, долг Стамбульского муниципалитета равен примерно 75% текущего бюджета мэрии, что может создать серьезные проблемы для нового мэра в будущем.

Но сейчас речь не об этом. Сегодня всех занимает вопрос о причинах, приведших к результатам прошедших выборов. Что же произошло такого, что коалиция «Союз народа», созданная партиями ПСР и ПНД (Партия националистического движения) и одержавшая победу на президентских и парламентских выборах всего год назад, а также выигравшая недавние муниципальные выборы по общему числу голосов, потеряла сразу два крупных города (Стамбул и Анкару) и все муниципалитеты в средиземноморских областях страны? Что на самом деле происходит в Турции?

По устоявшейся традиции Стамбул считается оплотом всех властвующих политических сил Турции, в частности ПСР. Иными словами, именно принадлежность мэра Стамбула к правящей партии определяет мощь партии внутри страны. Так, например, нынешний президент республики Реджеп Тайип Эрдоган начал свое восхождение на Олимп политической славы после избрания мэром Стамбула в 1994 году. С 2002 года, когда ПСР победила на внеочередных выборах и пришла к власти в Турции, пост мэра Стамбула всегда был за ПСР.

Теперь правящая партия «потеряла» экономическую столицу страны. В 2018 году через Стамбул прошло более половины турецкого экспорта. В январе-ноябре прошлого года объем экспортных операций в третьем по величине туристическом городе Европы составил более $78 млрд. А теперь крупнейший город Европы больше не во власти ПСР. Что же такого могло произойти, что получивший всего год назад 33,9% голосов на парламентских выборах альянс партий «Республиканская народная партия» (РНП) - «Хорошая партия» - «Партия добродетели» год спустя одержал победу над ПСР, заручившись поддержкой 54% голосов стамбульцев, причем уже без «Партии добродетели»? Хотя на президентских и парламентских выборах, состоявшихся 24 июня 2018 года, альянс ПСР - ПНД смог набрать 53,7% голосов в Стамбуле.

 

Местные факторы, повлиявшие на выборы

Несомненно, прежде всего нужно отдать должное самому победителю. Экрем Имамоглу стал глотком свежего воздуха не только для Стамбула, но и для всей турецкой политики. Звезда неприметного на большойполитической арене и узнаваемого от силы одной пятой населения страны сорокадевятилетнего главы муниципалитета Бейликдюзю (один из районов Стамбула) взошла после двух недавних избирательных кампаний. Против жесткой риторики правящей политической элиты Имамоглу выступил в образе политика «мягкого», жизнерадостного, готового к исполнению консолидирующих общество функций. И это возымело должный эффект. Стамбульские избиратели выбрали не второго человека правящей партии, а представителя партии с 28-процентным электоратом в Турции (максимальный результат РНП на всех выборах за последние десять лет). Конечно, тут сыграло свою роль и то, что Имамоглу является не представителем традиционно светского электората РНП, а выходцем из религиозно-консервативной семьи.

Но эта победа - успех не только самого Имамоглу и его команды. Определенная часть малоимущих избирателей одного из самых дорогих городов мира поддержала оппозиционного кандидата во многом из-за некоторых неудач нынешнего правительства в экономической сфере, в частности из-за роста инфляции и безработицы.

Ну и, наконец, курдский фактор. По статистике, 14% населения Турции и 15% жителей Стамбула составляют курды. То есть в настоящий момент в Стамбуле проживают полтора миллиона курдских избирателей. Религиозно-консервативные курды из этого числа голосующих традиционно поддерживали ПСР. Так было в течение последних 17 лет правления партии. Однако с появлением таких курдских партий, как «Демократическая партия народов» (ДПН), а еще раньше «Партия мира и демократии» (ПМД), большая часть курдских голосов отошла к ним, хотя эти партии были в основном политическими организациями левого толка. За последние годы ДПН, как правило, набирала не более 10-11% голосов. На последних же выборах курды оказались не на стороне ПСР, поддержав кандидата от РНП. Естественно, важную роль сыграли и призывы лидеров ПНД, в частности Селахаттина Демирташа, который в настоящее время находится под стражей. Напротив, курдский электорат никак не отреагировал на письмо лидера террористической Курдской рабочей партии (КРП) Абдуллы Оджалана, переданное через встретившегося с ним в тюрьме на острове Имралы университетского учителя и призывающее курдов оставаться беспристрастными на выборах. По мнению некоторых наблюдателей, произошедшее за несколько дней до выборов событие, т.е. борьба между ПСР и РНП за курдские голоса, обернулось боком для коалиции ПСР - ПНД, заставив часть электората националистического толка отвернуться от власти.

 

Региональные и международные факторы

На одной из фотографий, опубликованных в турецкой прессе в связи с выборами 23 июня, изображена группа ликующих от радости людей якобы в консульстве США в Стамбуле. Утверждалось, что снимок был сделан во время объявления победы Имамоглу в консульстве. Конечно, информация противоречивая, поскольку занятость стольких людей в консульстве в воскресный вечер выглядит неубедительно. Гораздо логичнее было бы предположить использование фотоснимка в целях пропаганды. С другой стороны, учитывая нынешнюю напряженность в отношениях между США и Турцией, нет необходимости отрицать, что Вашингтон только приветствует победу светского политика Имамоглу. Американцы до сих пор не могут смириться с покупкой Эрдоганом российских ракетных установок С-400, что, вероятнее всего, приведет к наложению санкций на Анкару или запрету на покупку американских истребителей F-35. Более того, по заявлениям официальных турецких лиц, после попытки государственного переворота 15 июля 2016 года было ясно, что Вашингтон делает все возможное, чтобы Эрдоган ушел. Пока неясно, как могут американцы повлиять на выборы в Стамбуле, но то, что они в восторге от победы Имамоглу, — это точно.

По мнению некоторых аналитиков, то, что произошло на Ближнем Востоке вскоре после «арабской весны», стало тяжким ударом для политического ислама, имевшего огромный успех после революции в Иране и пережившего свой «золотой период» в начале 2000-х. Исламисты пришли к власти в Турции в 2002 году, а в Палестине - после выборов 2006 года. Даже на Западе мусульманская модель демократии, активно продвигаемая Турцией и лично Эрдоганом, рассматривалась как образец для подражания для всего исламского мира. Интерес к ней начал расти уже с первых дней «арабской весны», во время относительно мирных революций, когда ряд стран старались вовсю принять и реализовать турецкую модель правления. Однако народные восстания вскоре сменились кровавой резней, а планам свержения сирийского президента Башара Асада вооруженными мятежниками так и не было суждено сбыться благодаря оперативному вмешательству России и Ирана. Движение «Братья-мусульмане», пришедшее к власти в Египте после революции, было свергнуто в результате военного переворота год спустя после реализации совместных усилий Саудовской Аравии, ОАЭ и Бахрейна. Стало ясно, что «арабская весна» была отнюдь не процессом исламского пробуждения.

Кроме того, беспощадная террористическая война на Ближнем Востоке нанесла серьезный удар по приверженцам политического ислама и шариата в целом как в Турции, так и в других мусульманских странах.

Например, по результатам опроса, проведенного Институтом Гэллапа в 2007 году, 7% турецкого населения желали полного перехода к законам шариата, тогда как 26% были не против применения хотя бы некоторых из них. Примечательно, что в опросе института за 2016 год только 13% населения страны поддержали включение коранических повелений в законы Турецкой Республики, а количество тех, кто был против влияния религии на политику и законы, поддерживая установление полного секуляризма в стране, выросло с 27% в 2012-м до 36% в 2016 году.

Естественно, все эти политические дрязги и напряженные региональные процессы не могли не повлиять на турецких избирателей во время последних муниципальных выборов. Даже если ни один из вышеупомянутых факторов и не был решающим, каждый из них в какой-то мере оказал воздействие на конечный результат референдума. Вероятно, это воздействие мы еще ощутим в дальнейшем.

 

А что дальше?

Конечно, еще слишком рано утверждать, что выборы в Стамбуле нанесут смертельный удар по нынешней политической власти страны. Как заявил президент Турции на очередном партийном собрании 25 июня, власти «примут во внимание народное послание». Так что впереди еще четыре года.

Но для ПСР предстоящий период может обернуться еще и серьезным испытанием. Разгневанные и обиженные группы внутри правящей партии могут покинуть ее и создать новую партию. Например, экс-президент Абдулла Гюль, бывший премьер-министр Ахмет Давутоглу и бывший вице-премьер Али Бабаджан готовились сформировать новую партию еще до выборов. Согласно заявлению бывшего гендиректора информационного агентства «Анадолу» Кемаля Озтюрка, Бабаджан скоро покинет ПСР, чтобы создать новую партию. В этом случае ПСР ожидают серьезные потери и распад, что может привести к сильной раздробленности внутри консервативного электората. С другой стороны, победа Имамоглу значительно способствовала спасению имиджа турецкой демократии. Группы, доселе обвинявшие власти в авторитаризме и полном искоренении системы демократических выборов, сегодня вынуждены признать приверженность Турции принципам демократии. Это будет хорошим иммунитетом для турецкого общества и правительства, по крайней мере до следующих муниципальных выборов в 2023 году.



РЕКОМЕНДУЙ ДРУЗЬЯМ:

16