23 Октября 2019

Среда, 22:02

ВАЛЮТА

К ЗОЛОТОЙ СЕРЕДИНЕ

Процессу политического урегулирования сирийского конфликта дан старт

Автор:

01.10.2019

Наконец-то в Сирии сформирован Конституционный комитет, первое заседание которого планируется провести в Женеве. Об этом сообщил генеральный секретарь ООН Антонио Гутерриш на брифинге, проведенном в штаб-квартире организации.

По словам А.Гутерриша, сирийское правительство и оппозиция уже договорились о составе комитета, который в скором времени приступит к работе под эгидой ООН. Таким образом, можно сказать, что процессу политического урегулирования сирийского конфликта дан старт. Гутерриш выразил благодарность от имени своей организации Ирану, России и Турции за оказанную поддержку.

Отметим, что штат Конституционного комитета в составе 150 членов был согласован во время трехсторонней встречи в верхах, прошедшей 16 сентября в Анкаре с участием президентов Ирана, России и Турции. Этому предшествовал полуторагодовой процесс бурных дебатов.

Создание Конституционного комитета для политического решения сирийского конфликта предусмотрено резолюцией ООН №2254. В состав комитета войдут 50 членов правительства Сирии, 50 членов от оппозиции и 50 представителей гражданского сообщества. В соответствии с планом действий 45 человек (по 15 от каждой группы) из общего числа членов комитета будут отобраны для разработки новой Конституции Сирии. После этого должны состояться свободные и справедливые выборы для сформирования нового сирийского правительства.

Это означает, что политическая передача власти в Сирии уже началась. В ближайшее время Конституционный комитет обсудит в Женеве детали нового процесса урегулирования сирийского конфликта и примет соответствующее решение. Это также означает, что выборы, запланированные на следующий год, вероятно, будут отложены вплоть до принятия новой Конституции страны.

Конечно, нельзя ожидать, что Конституционный комитет за столь короткий срок разработает проект новой Конституции и завершит процесс политического перехода власти. Процесс будет достаточно долгим и, скорее всего, будет зависеть от согласованности действий власти на местах, ибо требует решения ряда очень щепетильных вопросов, включая разработку новой Конституции, проведение выборов, передел власти и т.д.

Естественно, после прошедшего в Анкаре саммита будущее Сирии будут определять три вышеназванные страны и США. Но в первую очередь судьба Сирии сейчас зависит от тройки - Иран, Россия и Турция. США играют в этом процессе относительно пассивную роль, уделяя больше внимания курдам на севере страны. В 2013 году, когда вероятность свержения Башара Асада уменьшилась, Вашингтон начал поддерживать военные операции против террористических групп на севере Сирии. В последующем году активизировалась ИГИЛ, заставив Вашингтон начать широкомасштабную антитеррористическую операцию в составе коалиции (создана в конце августа 2014 года и включает 64 страны), куда вошли и вооруженные им курды. Позднее стало ясно, что основная часть «инвестиций» Вашингтона в Сирии была вложена в курдские вооруженные формирования. Сейчас уже не секрет, что поддержка Пентагоном курдов имеет долгосрочную цель - сформировать курдскую автономию в Северной Сирии, как это было сделано в Ираке.

Но в отличие от США присутствие в Сирии Ирана, России и Турции выражено более активными действиями. Каждая из этих стран обладает значительной военной мощью для достижения конкретных целей в Сирии. Иран и Россия сохраняют военное присутствие в стране по приглашению сирийского государства. Другими словами, судьба Сирии пишется именно этими тремя странами.

Несмотря на показную искренность и теплую атмосферу взаимопонимания между участниками недавней встречи в Анкаре, реальность, судя по всему, выглядела иначе. Так как Иран, Россия и Турция имеют собственные интересы в Сирии, они не всегда совпадают по каждому отдельно взятому вопросу. Вероятно, что попытки более активной и слаженной совместной работы по сирийскому вопросу вызваны именно тем, что все три страны осознают необходимость друг в друге.

Приоритеты Ирана, России и Турции в Сирии также отражены в совместной декларации по итогам недавнего саммита в Анкаре. Основными пунктами документа являются поддержка территориальной целостности, суверенитета и независимости Сирии в строгом соответствии с принципами ООН. В то же время все три страны отвергают любые попытки создать новые реалии в регионе под маской борьбы с терроризмом в Сирии.

Лидеры подчеркивают, что безопасность и стабильность на северо-востоке Сирии, а именно в области компактного проживания курдов, могут быть обеспечены благодаря суверенитету и территориальной целостности этой страны. Они также осуждают решение США о Голанских высотах, которое идет вразрез с международным правом и угрожает миру в регионе. Лидеры не приемлют военное решение сирийского конфликта, взамен настаивая лишь на возможности использования политических средств урегулирования ситуации во главе с сирийцами и под эгидой ООН.

Если не учитывать процесс политического перехода власти, на передовой линии конфликта существуют две основные проблемы. Во-первых, это судьба провинции Идлиб, расположенной на севере страны и в значительной степени контролируемой оппозицией. Второй серьезной проблемой является судьба самих курдов, которые контролируют более 25% территории на северо-востоке Сирии. Эти два вопроса, то есть судьба Идлиба и курдов, нашли четкое отражение и в итоговом документе саммита в Анкаре. На актуальность проблем указывает и список перечисленных в документе приоритетов трех стран. 

Прежде всего следует отметить, что на данном этапе между Россией и Ираном нет серьезных разногласий, несмотря на определенные расхождения во взглядах по поводу Израиля и будущего Сирии. Более того, политика обеих стран совпадает по вопросу Идлиба и курдов. На саммите лидеры пытались решить разногласия между Турцией и другими странами-участницами, связанные с Идлибом.

В соответствии с сочинским договором, который Эрдоган и Путин в спешке заключили 17 сентября 2018 года, до конца того года предполагалось создать «невооруженную полосу», проходящую через центр Идлиба, обеспечить отступление тяжелых вооружений и взять под контроль режим прекращения огня. А главное - уничтожить вооруженные группы «Аль-Каиды» и «Хейат Тахрир аш-Шама», признанные террористическими организациями в регионе. Но проблема в том, что в Идлибе есть вооруженные группы, подчиняющиеся сирийской оппозиции, но не входящие в вышеуказанные организации. Кроме того, наряду с «Туркестанской исламской партией», состоящей примерно из 15-18 тыс. уйгуров (по разным оценкам, в Идлибе находятся около 40 тыс. уйгуров), существует третья крупная вооруженная группа, Фронт национального спасения, поддерживаемая Турцией. Но проблема в том, что всего через несколько месяцев после того, как Турция подписала сочинский договор, джихадисты напали на Идлиб и захватили большую часть провинции. Поэтому Турция не смогла и до сих пор не может выполнить свои обязательства по договору. Еще до войны в Идлибе проживали 1,5 млн. человек. Сейчас же население провинции составляет около 3-4 млн. человек. Предполагается, что с началом военных действий в Идлибе под удар попадут близкие к Турции группировки и туда стекутся сотни тысяч беженцев, а вместе с ними и террористы. Поэтому приостановление военных действий в Идлибе является серьезным успехом для Анкары. Но все понимают, что нынешняя ситуация долго не продержится. В частности, в этом не заинтересована Россия.

В то же время Москва хочет, чтобы Анкара двигалась на восток, а не к Идлибу, аргументируя это необходимостью решить гораздо более серьезную угрозу, которая исходит от курдских вооруженных группировок (YPG и так называемой коалиции «Сирийских демократических сил» - СДС), контролирующих более 25% территории Сирии, а также США, Франции и других поддерживающих курдов европейских стран. В течение последних пяти лет на севере Сирии курды во главе с YPG, которая является основной силой СДС, сотрудничают с США и коалицией сил, воюющих против ИГИЛ, получая взамен боеприпасы и поддержку США по разработке системы политического управления в регионе и даже собственной «конституции». Понятно, что таким образом курды стремятся к автономии в Северной Сирии, как это им удалось в Ираке. Но только Турция может им помешать в этом.

Турция считает курдскую автономию или любую форму курдского самоуправления на севере Сирии угрозой своему суверенитету и безопасности. По этой причине Анкара на начальном этапе пытается создать на сирийско-турецкой границе «полосу безопасности».

Позиция Анкары по этому вопросу совпадает с позицией Москвы, Тегерана и, самое главное, Дамаска. Поэтому российское руководство смогло вынудить сирийскую армию, которая продвинулась к югу от Идлиба и установила контроль над огромной территорией, объявить о прекращении огня. Анкара же считает курдские группировки серьезной угрозой для себя. Она также пытается взять под контроль большую территорию, заставив курдов отступить от своих границ и создав буферную зону.

Однако в Москве и Тегеране понимают, что, оттянув курдов на 35-40 км от своих границ и создав, таким образом, широкую «полосу безопасности», Анкара остудит пыл курдов, а при плохом стечении обстоятельств отношения между Вашингтоном и Анкарой ухудшатся. Хотя официальный Вашингтон (и Пентагон) не возражает против создания «зоны безопасности» вдоль турецкой границы с Сирией, он старается, чтобы ширина этой полосы была как можно меньше, уж точно не 35-40 км. Хуже всего то, что из-за американских военных сирийская армия, в отличие от Идлиба, не может проводить операции против курдов.

Выступая на последней сессии Генеральной Ассамблеи ООН, президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган связал свои планы по поводу этого региона с вопросом беженцев. Он заявил, что в настоящее время США и Турция продолжают обсуждение по поводу перспективной «полосы безопасности». По его словам, Турция намерена сначала создать «коридор мира» с последующим размещением в этой зоне двух миллионов сирийских беженцев. Эрдоган уверен, что в такой крупной полосе площадью несколько тысяч квадратных километров (длиной до 400 и шириной 35-40 км) можно разместить не менее 1,5-2 млн. беженцев. Он добавил, что при расширении границ области до Дейр-эз-Зора и Ракки там можно будет заселить еще три миллиона беженцев, возвращающихся из Европы.

В случае реализации этого плана Турция сможет установить контроль над территорией протяженностью 800 км - от Хатая до иракской границы при общей длине турецко-сирийской границы более 900 км. Это окажет значительную поддержку и сирийскому Конституционному комитету, работа которого начнется в Женеве в ближайшие недели. Иными словами, Турция станет главной военной и политической силой, которая по прошествии многих лет сможет снова определять будущее Сирии. Но для этого ей надо преодолеть еще одно большое препятствие на своем пути - США.

Вашингтон некоторое время попытается сопротивляться, ибо хорошо понимает, насколько требования Анкары противоречат политической перспективе курдов. Но США не пожелают сжигать мосты с такой большой страной Ближнего Востока, какой является Турция. Сейчас все усилия американцев направлены на то, чтобы найти общее решение, удовлетворяющее и курдов, и Анкару. В этом смысле судьба процесса политического перехода власти в Сирии во многом зависит от Анкары и ее действий.



РЕКОМЕНДУЙ ДРУЗЬЯМ:

7