23 Февраля 2020

Воскресенье, 16:48

ВАЛЮТА

СРЕДИЗЕМНОМОРСКИЙ ЭКЗАМЕН

Какой будет судьба Ливии после московских договоренностей?

Автор:

15.01.2020

В Москве при посредничестве России и Турции прошли переговоры о прекращении огня между сторонами внутриливийского конфликта. Это стало возможным после вмешательства президентов России и Турции Владимира Путина и Реджепа Тайипа Эрдогана. Переговоры министров иностранных дел и обороны России и Турции с представителями противоборствующих сторон Ливии длились более шести часов. На встрече обсуждалась возможность подписания соглашения о перемирии между Правительством национального согласия (ПНС) Ливии Фаиза Сараджа и главой Ливийской национальной армии (ЛНА) маршалом Халифой Хафтаром. И хотя на момент сдачи нашего выпуска в печать стороны так и не смогли прийти к согласию, хрупкая надежда на то, что соглашение будет подписано, все еще оставалась. 

Глава МИД России Сергей Лавров заявил, что прогресс на переговорах достигнут, Сарадж и представитель парламента Ливии на востоке страны подписали документ по урегулированию, но Хафтар взял время до утра 14 января. 

Между тем, надо отметить, что одним из самых серьезных факторов, давших шанс на долгожданный мир и стабилизацию ситуации в североафриканской стране, вот уже девять лет пребывающей в состоянии хаоса и гражданской войны, стало решение Турции отправить свои войска на помощь международно признанному правительству Ливии.

 

Хафтар против Сараджа

Прошло уже почти девять лет с момента свержения и убийства Муамара Каддафи, а жизнь в Ливии все никак не нормализуется. В охваченной гражданской войной стране царит двоевластие. В столице Триполи и прилегающих районах правит признанное ООН Правительство национального согласия Фаиза Сараджа. Восточную же часть страны контролируют заседающий в Тобруке парламент и Ливийская национальная армия под командованием маршала Халифы Хафтара. С апреля прошлого года Хафтар, фактически установивший свою власть на большей части территории страны, осуществляет наступление на Триполи под лозунгом «очищения города от террористов». Однако его попытки пока не увенчались успехом.

Правда, в последние дни ЛНА добилась важной победы: ею взят Сирт - один из ключевых городов Ливии, который в свое время был оплотом Каддафи, а затем и террористической группировки «Исламское государство». Теперь же Хафтар выбил из Сирта силы ПНС, что, как полагают военные эксперты, откроет перед ним более широкие стратегические возможности для решающего наступления на Триполи.

Несмотря на то, что ООН поддержала процесс формирования ПНС и считает именно правительство Сараджа законной властью в Ливии, отношение к нему со стороны заинтересованных внешних сил неоднозначное. Так, правительство Сараджа поддерживают, в частности, Турция, Катар и Италия, а Тобрукский парламент и маршала Хафтара - Египет, Объединенные Арабские Эмираты, Иордания, Франция, Россия и даже США. Правда, Соединенные Штаты, обеспокоенные возможностью использования Россией конфликта в Ливии «в собственных интересах», придерживаются в последнее время скорее нейтральной позиции и призывают Хафтара прекратить наступление на Триполи. 

Столь очевидный разнобой в позициях влиятельных мировых игроков применительно к ливийским политическим силам связан с тем, что многих отталкивает исламистский характер ПНС, но в то же время привлекает в противостоящей ему силе перспектива возможной стабилизации ситуации. Хафтар в представлении многих считается авторитарным военным деятелем, традиционной для многих арабских стран политической фигурой, способной навести порядок в государстве и держать его под своим контролем. Но, с другой стороны, всеми внешними игроками - и теми, кто выступает в защиту ПНС как международно признанной власти в Ливии, и теми, кто симпатизирует и поддерживает ЛНА маршала Хафтара, - движут собственные геополитические интересы. Интересы, основывающиеся, прежде всего, на стратегическом значении Ливии, обладающей огромными запасами нефти и газа.

 

Эрдоган идет на помощь ПНС

Относительно мотивов Турции в реализуемой ею «ливийской» политике необходимо отметить, что здесь, безусловно, играет определенную роль идейно-политическая солидарность президента Реджепа Тайипа Эрдогана и правящей Партии справедливости и развития (ПСР) с исламистским ПНС Ливии. Этим фактором объясняется и поддержка турецким руководством умеренно-исламистской оппозиции в Сирии, равно как и разрыв им отношений с Египтом после свержения «брата-мусульманина» Мухаммеда Мурси и прихода к власти в АРЕ генерала ас-Сиси. Но вместе с тем существуют и конкретные интересы Анкары, которые опять же сфокусированы в ливийском конфликте на ПНС.

Речь идет, прежде всего, об амбициях Анкары, направленных на закрепление своего традиционного влияния в Средиземном море и на севере Африки. Амбициях, на удовлетворение которых, судя по всему, дает добро правительство Сараджа. В этом смысле несомненны устремления Турции, как и других заинтересованных держав, получить привилегии в процессе добычи и переработки ливийских углеводородов. Особо стоит упомянуть подписанное недавно между Анкарой и Триполи соглашение о разграничении морских экономических зон. В соответствии с этим документом Турция считает своей исключительной экономической зоной пространство Восточного Средиземноморья вплоть до исключительной экономической зоны Ливии. Эрдоган заявил о готовности Турции и Ливии приступить к совместным поискам запасов нефти и газа в Средиземном море.

Между тем на активизацию сотрудничества между Анкарой и Триполи в энергетической сфере повлияли и направленные против интересов Турции в Средиземноморье планы Израиля, Греции и Кипра. Вскоре после заключения турецко-ливийского соглашения о разграничении морских экономических зон эти страны подписали соглашение о строительстве газопровода EastMed, по которому можно будет доставлять «голубое топливо» из Восточного Средиземноморья в Европу. Официальная Анкара незамедлительно дала понять, что любые действия, связанные со строительством EastMed, возможны лишь с одобрения турецкой стороны.

Что же касается военного сотрудничества Турции с правительством Сараджа, то Анкара уже давно оказывает помощь ПНС в данной сфере. Однако на фоне наступления армии Хафтара на ливийскую столицу началась новая фаза стратегического взаимодействия между Анкарой и Триполи. В конце декабря прошлого года ПНС направило Турции официальный запрос на оказание военной помощи Ливии «на земле, на воде и в воздухе». Реджеп Тайип Эрдоган сразу же заявил, что Турция окажет признанному международным со-обществом правительству Ливии «всяческую поддержку». И вот 2 января парламент Турции одобрил отправку военнослужащих страны в Ливию. Как следует из сообщений СМИ, сразу за этим начался ввод турецких войск на территорию североафриканской страны.

Анкару не остановила от этого шага даже негативная реакция крупнейших стран и международных организаций. В частности, о неприемлемости военного вмешательства Турции в ливийский конфликт заявили ООН, США, Евросоюз, Египет. А МИД России расценил действия Турции как попытку «легализовать свою военную поддержку правительства в Триполи в его противостоянии с Ливийской национальной армией Хафтара, в том числе путем открытого нарушения оружейного эмбарго ООН». Впрочем, о российско-турецких нюансах «окололивийской» политики стоит сказать особо.

 

Быть или не быть перемирию?

Если Турция открыто выражает поддержку ПНС, то со стороны России предпринимаются хоть и не официальные, но не менее заметные для мирового сообщества действия в пользу сил маршала Хафтара. В частности, мировые СМИ пишут о деятельности на стороне ЛНА бойцов российского неофициального вооруженного формирования ЧВК «Вагнер». С критикой ее деятельности на территории Ливии открыто выступил и президент Турции Эрдоган.

Очевидно, что Россия и Турция покровительствуют разным сторонам внутриливийского противостояния. В отличие от Анкары, Москва делает ставку на победу генерала Хафтара в гражданской войне в Ливии. Это можно объяснить, во-первых, нецелесообразностью (и, быть может, невозможностью) для России опоры на исламистское ПНС, а, во-вторых, сосредоточением под контролем армии Хафтара крупных нефтяных месторождений в Ливии. В частности, месторождения Гадамес, в разработке которого активно участвует российская компания «Татнефть».

Однако Турция и Россия - державы, преследующие цель укрепить свое влияние на Ближнем Востоке, - не намерены допустить, чтобы противоречия между ними на ливийской площадке нанесли ущерб их двустороннему стратегическому сотрудничеству. И это наглядно было продемонстрировано в ходе состоявшегося на днях визита президента России Владимира Путина в Стамбул, в рамках которого был введен в эксплуатацию газопровод «Турецкий поток». На переговорах Эрдогана и Путина был обсужден целый ряд важных международных проблем, включая, разумеется, и Ливию. Это обсуждение ознаменовалось не только тем, что Эрдоган подарил своему российскому коллеге книгу «Стратегический шаг в уравнении Восточного Средиземноморья: соглашение Турции - Ливии», в которой раскрывается позиция Анкары по вопросам региона. Главное - стороны договорились добиваться урегулирования ливийского кризиса совместными усилиями.

Эрдоган и Путин призвали воюющие силы в Ливии прекратить боевые действия с 00 часов 12 января 2020 года, «объявить устойчивое прекращение огня, подкрепленное необходимыми мерами» для нормализации повседневной жизни Триполи и других городов, а также незамедлительно сесть за стол переговоров. Как заявил глава МИД РФ Сергей Лавров, «согласована единая позиция по ливийскому урегулированию в соответствии с решениями СБ ООН», «президенты России и Турции выступают в пользу того, чтобы этот процесс был инклюзивным - как с точки зрения вовлечения в него всех ливийских сторон, так и подключения соседей Ливии».

Таким образом, появилась надежда, что Москва и Анкара совместными усилиями приблизят урегулирование ливийского кризиса. Эта надежда подпитывается успешным сирийским опытом взаимодействия России и Турции, которые, несмотря на определенные разногласия, все же находят точки соприкосновения и содействуют принятию кардинальных решений в интересах скорейшего утверждения мира в охваченной многолетней войной САР.

Возглавляемое Сараджем ПНС сразу одобрило российско-турецкое предложение о прекращении огня в Ливии. В первоначальном же заявлении ЛНА, хоть и приветствовалась инициатива президента «дружественного государства» Владимира Путина по достижению стабильности в Ливии, но также выражалось и намерение продолжить борьбу с «террористическими группировками», которые при помощи «некоторых государств и правительств» захватили Триполи. Позиция Хафтара была достаточно понятна на фоне достигнутых ею в последние дни военных успехов. Однако, по сути, она не только отдаляла переговорную перспективу, но и угрожала усугублением ситуации в Ливии с учетом военных шагов Турции. Именно последний фактор - непрекращающееся давление со стороны Анкары - повлиял на то, что ЛНА все же заявила о введении режима прекращения огня 12 января. 

Как отмечают турецкие СМИ, решение армии Хафтара последовало вскоре после телефонных переговоров Реджепа Тайипа Эрдогана и Владимира Путина. Несомненно и то, что изменению позиции Хафтара способствовал также и отвод так называемых «наемников» из ЧВК «Вагнер» с линии фронта, - событие, которое следует считать одним из ключевых проявлений российско-турецкого взаимодействия на «ливийской» площадке.

Наконец, 13 января в Москве собрались все заинтересованные участники ливийского перемирия, что на тот момент стало большим шагом вперед. 

Знаковым можно считать и озвученный перед московской встречей призыв Сараджа к соотечественникам «перевернуть страницу прошлого, отказаться от разногласий и сомкнуть ряды, чтобы двигаться к стабильности и миру».

Стоит ожидать, что московская встреча сторон ливийского конфликта при посредничестве Москвы и Анкаре откроет путь к долгосрочному политическому урегулированию ливийского кризиса. Срыв же перемирия никоим образом не отвечает интересам ни самих ливийцев, ни гарантов соглашения - Турции и России. Особенно это касается Турции, которая столь смелым решением ввести войска в Ливию практически перевернула ход событий в североафриканской стране.

Восток продолжает бурлить. И Турция, с ее в том числе и средиземноморскими геополитическими устремлениями, остается на передовой большого регионального противостояния.



РЕКОМЕНДУЙ ДРУЗЬЯМ:

13