25 Января 2021

Понедельник, 05:46

ВАЛЮТА

НОВАЯ ЛЕТОПИСЬ КАРАБАХСКОГО КОВРА

Эльдар МИКАИЛЗАДЕ: «Мечтаю создать Школу современного карабахского коврового искусства в освобожденной Шуше»

Автор:

01.12.2020

Он родился и вырос в Баку. Здесь же окончил Художественное училище имени Азима Азимзаде. Потом в его жизни были и Институт искусств, и Академия наук, служение национальной культуре в качестве художника, педагога Академии художеств, эксперта-специалиста по коврам… Сегодня Эльдар МИКАИЛЗАДЕ - народный художник, один из ведущих, авторитетных и уважаемых специалистов по искусству ковроткачества. Именно искусству, ибо азербайджанский ковер признан на международной арене как один из видов прикладного национального искусства, транслирующего в мир послание о сиюминутности протекающей во Времени жизни.  

-  В Лувре находится азербайджанский ковер, разделенный на две половины - красную и черную. Красная половина - это обычная счастливая жизнь женщины, которая ткала этот ковер. Неожиданно умирает муж, и жизнь обретает черный цвет. Вот вам пример интерактивного взаимодействия женщины с обстоятельствами жизни, которые потом становятся достоянием зрителя, вступающего в эмоциональный диалог с произведением искусства и его автором. То есть с женщиной, которая сидит лицом к ковру, как перед зеркалом, через которое видит всю свою жизнь.  А потом ее глазами всматривается в ее жизнь зритель…

Художник с большой любовью и воодушевлением говорил о неповторимых особенностях азербайджанского ковра, и было ясно, что это не просто разговор компетентного человека, это суть и смысл всей его человеческой и профессиональной жизни.

- Как случилось, что искусство национального ковра стало делом всей вашей жизни?

- Случайно. Просто повезло.

- То есть?

- В 1974 году благодаря действию государственной программы по обучению молодых специалистов из союзных республик в столичных вузах я сдал экзамены в Ленинградскую художественную академию имени Репина и был принят вне конкурса. А когда вернулся домой, оказалось, что сильно заболела мама. В 12 лет я потерял отца. Он умер от фронтовых ран. Мысль о том, что могу потерять и маму, была просто невыносимой. Я пошел бродить по Старому городу. Зашел в Музей ковра, который тогда размещался в лезгинской мечети. Вот там и состоялась, как пишут в романах, судьбоносная встреча с Лятифом Керимовым. Мы разговорились. Он убедил меня, что учиться можно и дома, а назавтра я уже принес приемной комиссии свои эскизы, вскоре был зачислен в институт и получил работу в объединении «Азерхалча». Вот такие тогда были люди! Они протягивали руку помощи любому, кто в этом нуждался. Таким был Лятиф Керимов.

- Он стал вашим педагогом-наставником?

- Он определил мой дальнейший путь, мою профессиональную судьбу. Эталоном в искусстве и профессии был для меня Саттар Бахлулзаде, а Лятиф Керимов стал тем человеком, благодаря которому я понял, что ковер - это не деталь быта, а предмет настоящего подлинного искусства.

Он говорил о своих учителях с такой любовью и искренностью, с такими трепетом, волнением и благодарностью, какие редко встретишь у людей такого уровня успешности и популярности. Слушая, я думала о том, что, возможно, его судьба была предопределена гораздо раньше, чем он думает. За год до ухода в иной мир отец отправил своего 11-летнего сына к шейху-суфию, чтобы в течение трех месяцев ежедневно в 19 часов мальчик получал уроки познания Корана. Но суфий утверждал, что без знания Торы и Библии познать Коран невозможно. Таким образом Эльдар Гидаят оглу Микаилзаде получил те духовные знания, которые всегда помогали и помогают ему видеть мир в том гармоничном равновесии, о котором все мечтают, но не все этого достигают. И эта духовная составляющая во всех его работах. 

И вот мы коснулись на сегодняшний день очень чувствительной темы: ковры, которые характерны для карабахской этнической зоны Азербайджана. Мастер сравнивал вибрации орнаментальных композиций ковров со звучанием музыки. И получалось, что мугам - это культурное олицетворение городского ковра, который создают художники-профессионалы, а музыка ашугов олицетворяет народное творчество, присущее жителям сельской местности. В музыке народа, как и в коврах, которые он создавал веками, есть та творческая независимость, которая и позволяет этому искусству оставаться живым и интересным во все времена. И в этом тоже традиция постоянного обновления стиля.

Понимаете, искусство азербайджанского ковра особенное. Я говорю это не потому, что сам азербайджанец, или потому, что принято так говорить. Особенно в предыдущие 30 лет. Я просто повторяю то, о чем уже говорит и что знает весь мир, которому ковровое искусство нашей страны дало ощущение подлинного Искусства. И это то ощущение, которого не дала ни одна из стран, известных на мировом рынке своими коврами.

- А если говорить только о карабахских коврах?

- По сравнению с другими регионами, школы карабахского и шушинского ковров наиболее чувствительны к влиянию социума. Политика, экономика, торговля всегда находили отражение в этом искусстве. Исторический факт: в первой половине XIX века, когда стали интенсивно развиваться торговые отношения с Россией, в стилистике коврового узора появились хохломские мотивы и мотивы павлопосадских шалей - в виде черного поля и цветов. Так появились на карабахском ковре эти большие цветы, позаимствованные у русских. В советское время именно в этой зоне создавались ковры, на которых создавали (как умели!) портреты Ленина, Сталина. Это была реакция на время и политические преобразования. Сейчас, я в этом просто уверен, будут создавать портреты нашего президента и главнокомандующего господина Ильхама Алиева. В этом та правда, которая, как послание потомкам, будет увековечена в искусстве народного ковра. Словом, ковры этого региона нашей страны отличаются, выделяясь своим содержательным и неповторимым колоритом и звучанием. Вы не найдете другого такого ковра в мире, который мог бы «говорить» с вами так доверительно и так интимно, поверяя вам свои мысли, чувства, переживания.

- Это, конечно, метафора?

- Нет. Неоспоримый факт, подтвержденный многовековой практикой производства наших ковров. В том числе карабахских. Дело в том, что если женщина создает ковер, на который уходит месяц-полтора, то следующий ее ковер при использовании традиционных орнаментальных деталей обязательно будет дополнен новыми деталями. Она обязательно внесет что-то новое, что-то свое, чего не было ни у нее, ни у кого-то другого.

- Можете привести пример?

- Представим, что в период работы над созданием ковра женщина XIX века получила от мужа в подарок, скажем, самовар, о котором давно мечтала! Она обязательно найдет место в композиции, чтобы выткать этот самовар и рассказать всему миру, как важен для нее был этот подарок. 

- А современные женщины тоже «разбавляют» классическую традицию своими, скажем так, авторскими элементами?

- Конечно! Это и есть традиция в традиции. Поэтому искусство ковра развивается, поэтому оно всегда интересно и востребовано.

- Я прочла в книге Чингиза Каджара «Старая Шуша», что «доброй» традицией с древних времен была привычка армян, перепродающих азербайджанские ковры, утверждать, что они армянского происхождения. Ни для кого не секрет, что эта «добрая» традиция сохраняется по сей день. Как противостоять этому?

- Увы, это печальный факт нашей общей истории. Но, как показывает та же история, противостоять этому невозможно. По крайней мере, до сих пор не удавалось. Я вспоминаю, что по этому поводу говорил Узеир Гаджибеков и что сказано в одном из хадисов Пророка. Переводя мысль на очень простой язык, скажу так: если в твой дом забрался вор и что-то украл, значит, твой дом - полная чаша. Из пустого дома не крадут, потому что украсть нечего. Крадут из богатого дома, там всегда есть что украсть. Давайте посмотрим на ситуацию с другой стороны.

- Давайте посмотрим!

- Наша страна богата и талантами, и искусством, и традициями, и культурой. Мы можем сегодня подарить миру то, что когда-то дали ему Древняя Греция и Египет. Это факт, который оспаривать невозможно. Потому что это так. И если они помогают нам рекламировать наши достижения именно тем способом, который доступен и свойствен им, то пусть рекламируют. Ведь правду спрятать навсегда невозможно.

Потом Мастер рассказывал очень интересные моменты из своих детских воспоминаний, вынесенных во взрослую жизнь из Нахчывана, откуда был родом его отец, и Шуши, откуда родом его мама. Я нигде и ни у кого не читала о том, чтобы станки для ковроткачества переносились мужчинами из дома в дом под комментарии женщин, наблюдающих этот торжественный момент. А говорили они о том, что станок отправляется в гости (именно так: в гости!) к тем-то и тем-то, а потом - вот к тем-то. Станок путешествовал из дома в дом, и это был момент сакральности, духовной обрядовости, приносящей в дом не только радость, но и энергетическое обновление. Как знать, может быть, провидению было угодно еще тогда заронить в сердце маленького Эльдара любовь к этому процессу творчества? Любовь, которая стала смыслом и сутью всей его жизни. Жизни, где творчество и есть сама его жизнь. Счастливая и разная. Он осуществил много любопытных творческих проектов. В том числе создал Шекинскую школу ковра при поддержке Фонда Гейдара Алиева и личном участии президента фонда Мехрибан ханым Алиевой. Ковры, созданные в этой школе в начале 2020 года, были выставлены в Париже в штаб-квартире ЮНЕСКО.

Есть еще один любопытный факт в его творческой биографии, о котором мало кто знает. Портреты мировых лидеров - Франсуа Миттерана, королевы Елизаветы, Маргарет Тэтчер и др. - выполнены им в ковровом воплощении. А еще четыре его авторские работы находятся в музее московского Храма Христа Спасителя! Но это уже совсем другая увлекательная история, и она требует более подробного изложения. А пока Мастер работает над воплощением новых творческих идей, связанных с обновлением традиционного орнаментального стиля азербайджанских ковров. В том числе Карабахской зоны. У него есть заветная и светлая мечта:

- Мечтаю сделать что-то хорошее и полезное для этого края. Считаю, что каждый из нас должен сделать то, что ему по силам, чтобы помочь возрождению возвращенных земель. Мечтаю в освобожденной Шуше создать школу современного карабахского коврового искусства. 

- Что значит современного? Вы о традиции привнесения нового штриха в традиционный национальный стиль?

- Именно. Я мечтаю о том, что в освобожденном Карабахе, таком богатом на разнообразные цвета крае, появится новая традиция. И она будет связана с новым ощущением свободы, радости и счастья. Потому что жизнь больше не будет мрачной. А общим фоном станут не черные тона, а светлые и радостные. Я мечтаю вместе с учениками будущей школы сделать основным фоном голубые, зеленые, красные тона. Словом, все те, которые до сих пор не использовались в традиции этой школы. А природного материала для получения ярких разнообразных тонов и красок в этом крае более чем достаточно. 

Я видела, какой надеждой и верой горели глаза художника, слушала его взволнованный голос, идущий от самого сердца, и думала о том, что такая мечта должна сбыться. Обязательно. Потому что в ней высшее проявление любви к своей земле и своему народу.



РЕКОМЕНДУЙ ДРУЗЬЯМ:

18