8 Марта 2021

Понедельник, 10:12

ВАЛЮТА

ОТ КРИЗИСА К ОТТЕПЕЛИ

Страны Персидского залива не смогли «задушить» Катар санкциями и идут на примирение

Автор:

15.01.2021

Политический кризис вокруг Катара длился ровно три года и семь месяцев. 5 января 2021 года Саудовская Аравия, ОАЭ, Египет и Бахрейн на заседании Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) подписали совместное заявление, официально отменяющее эмбарго и изоляцию, введенные этими странами в отношении Катара 5 июня 2017 года.

Подписанты обязались снять экономическое эмбарго с Катара, восстановить торговые отношения и открыть границы и воздушное пространство. Однако для полного восстановления дипломатических отношений потребуется время. По словам министра иностранных дел ОАЭ Анвара Гаргаша, решение о присутствии турецких вооруженных сил в Персидском заливе (военной базы в Катаре. - R+), а также других политических вопросов потребует времени.

 

Условная изоляция

Все началось 5 июня 2017 года, когда Саудовская Аравия, ОАЭ, Египет и Бахрейн выступили с совместным заявлением, в котором обвинили Катар в поддержке терроризма и другой незаконной деятельности на Ближнем Востоке. В результате на страну было наложено эмбарго, а также закрыты воздушное пространство, границы и порты стран-обвинителей для катарских транспортных средств.

В скором времени обвинения против Катара вылились в конкретные требования. Как выяснилось позже, 13 пунктов требований к стране были предварительно согласованы с президентом США на саммите по международной безопасности, проходившем в столице Саудовской Аравии 21 мая того же года.

В частности, от Катара требовалось снизить уровень дипломатических отношений с Ираном, закрыть иранские дипломатические представительства в Катаре, вывести членов Корпуса стражей исламской революции (КСИР) из страны, а также прекратить разведывательное и военное сотрудничество с Тегераном. Торговля с ИРИ могла продолжаться в случае, если это не наносило ущерб безопасности ССАГПЗ и соответствовало требованиям эмбарго США. От Катара потребовали прекратить строительство и закрыть турецкую военную базу в стране. И вообще приостановить военное сотрудничество с Турцией, отношения с радикальными исламистскими организациями, особенно с «Братьями-мусульманами», ИГИЛ, «Аль-Каидой», «Фатх аш-Шамом» (в то время была связана с филиалом «Аль-Каиды» в Сирии - «Ан-Нусрой») и ливанской «Хезболлой». Официально признать террористическими организации, признанные таковыми Саудовской Аравией, Бахрейном, ОАЭ и Египтом. Среди требований указывались приостановление финансовой помощи организациям и лицам, признанным вышеуказанными странами пособниками террора, выдача лиц, избежавших правосудия и разыскиваемых в этих четырех странах, прекращение вещания информационной сети «Аль-Джазира» и других СМИ, финансируемых Катаром. Согласно заявлению, Дохе даже надо было согласовать военную, политическую, социальную и экономическую политику с соответствующей политикой других стран Персидского залива и арабских стран.

Изначально было ясно, что Катар эти условия не примет. Так и произошло. Но также было ясно, что эмбарго в отношении Катара вступило в силу с легкой подачи и благословения новоизбранного на тот момент президента США Дональда Трампа. Примечательно, что все четыре страны, наложившие эмбарго на Доху, да и сам Катар на протяжении долгого времени были одними из ближайших союзников США в регионе. Почему же Соединенные Штаты пошли на такой шаг, зная о риске конфронтации между своими союзниками? 

Прежде чем на него ответить, необходимо обратить внимание на условия и обвинения, предъявленные Катару. Известно, что небольшое по территории полуостровное государство Катар имеет значительное влияние и связи на всем Ближнем Востоке и в мусульманском мире в целом. Страна обладает огромными запасами нефти и газа, граничит по суше только с Саудовской Аравией и почти не имеет местного производства продуктов питания. Именно благодаря своим материальным благам Катар смог создать крупнейшую информационную сеть на мусульманском Востоке и превратился в одного из ведущих игроков на мировой общественно-политической арене. До последнего времени самые тайные политические переговоры, сговоры, политические процессы и другие региональные вопросы обсуждались в столице Катара. Естественно, чтобы сохранить нейтралитет и функцию дипломатического центра, Катар должен был поддерживать отношения с афганскими талибами, Ираном, «Аль-Каидой» и другими скандальными организациями и государствами.

Но, как и следовало ожидать, через некоторое время эти отношения стали невыносимыми для союзников Катара. Например, нынешнее египетское правительство и монархии региона никоим образом не одобряли тесные связи Катара с «Братьями-мусульманами», пришедшими к власти в Египте после «арабской весны», но свергнутыми в результате военного переворота 2013 года. Такую же отрицательную реакцию вызывало сотрудничество Катара с Ираном и «Хезболлой», ставших заклятыми врагами арабских режимов региона. Вдобавок Катар поддерживал близкое к «ихванистам» Правительство национального согласия Ливии, что сильно раздражало других власть имущих Персидского залива, которые симпатизировали противоположной стороне североафриканского конфликта.

Именно эти отношения, а точнее тайные связи Дохи, и стали последней каплей, переполнившей чашу терпения некогда союзников Катара и навлекшей на него эмбарго в 2017 году. Тогда, по сообщениям арабских СМИ, несколько членов правящей семьи Катара были похищены неизвестными лицами во время традиционной охоты в Ираке. Долгие поиски не увенчались успехом. Местонахождение похищенных принцев стало известно только после вмешательства Ирана. Для их освобождения Катар вынужден был выплатить крупную сумму денег как Ирану, выступившему в качестве посредника, так и джихадистским группировкам в Сирии, согласившись выполнить требования похитителей. Этот длительный и напряженный процесс вызвал массу недовольства как в регионе, так и за океаном. 

Но, похоже, правительству Катара выбирать не приходилось. По некоторым данным, страны Персидского залива обвиняли Катар в пособничестве террористам именно из-за выплаты им денег в связи с инцидентом. Но следует учесть и то, что пункты вышеуказанных требований в целом и по отдельности имели важное значение для стран, наложивших эмбарго на Катар.

Одними из обвинений в адрес Дохи были сотрудничество с Турцией и предоставление последней территории для строительства военной базы. Больше всего были обеспокоены правительства ОАЭ и Египта, отношения которых с Турцией ухудшались из года в год.

Сразу после оглашения этого обвинения строительство турецкой базы в Катаре было ускорено, а вскоре и вовсе официально объявили об ее открытии. Интересно, что Турция и Иран первыми предоставили Катару продовольствие и медицинскую помощь после наложения эмбарго. Иран также открыл воздушное пространство для Катара. Кстати, говорят, что бабушка нынешнего эмира Катара родом из Персии, и это родство сыграло не последнюю роль в отношениях Тегерана и Дохи.

 

Реакция Вашингтона

Как уже отмечалось, страны Персидского залива не могли единолично ввести жесткие санкции против Катара без согласия Вашингтона. Ведь Катар также является одним из ближайших региональных союзников США. Именно там расположена крупнейшая военно-воздушная база США в регионе «Аль-Удейд», где служат 13 тыс. военнослужащих и размещены тактические бомбардировщики B-52.

По сообщениям СМИ, решение арабских государств ввести эмбарго в отношении Катара было одобрено 21 мая 2017 года на саммите по безопасности в Эр-Рияде. Видимо, президент Трамп посчитал нужным пойти на компромисс после предоставленных доказательств сотрудничества Катара с Ираном и сделки на сумму в $110 млрд. по поставкам вооружений в Саудовскую Аравию.

Позднее стало известно, что отец нынешнего эмира Катара - Хамад бин Халифа аль-Тани, пребывавший на троне до 2013 года, сразу после принятия решения об эмбарго отправился в Вашингтон и в течение нескольких недель встречался со своими «старыми друзьями» из числа демократов. Итогом неофициального вояжа стали подписанный с Вашингтоном контракт на поставку истребителей Катару на сумму в $12 млрд. и невмешательство администрации Трампа в происходящее. Это помогло Катару успешно противостоять любым угрозам со стороны других стран Залива даже после привлечения турецкой армии в страну.

Близость семьи аль-Тани с американскими демократами сыграла значимую роль в том, что президент Трамп на первых порах поддерживал эмбарго в отношении Катара. Неудивительно, что недавнее избрание нового президента-демократа в США оказало существенное влияние на процесс примирения между Катаром, Саудовской Аравией - главной зачинщицей недавнего противостояния и другими странами региона. Впрочем, многие ближневосточные страны начали поспешно корректировать свою внешнюю политику с приходом нового хозяина Белого дома - Джозефа Байдена.

Не вызывает сомнения, что при новой администрации Байдена Катар укрепит свои позиции. Другие страны Персидского залива тоже знают об этом. Этот фактор однозначно сыграл немаловажную роль в поспешном примирении с Катаром. Интересно, что одним из главных инициаторов примирения Дохи с Эр-Риядом стал зять Дональда Трампа - Джаред Кушнер. Он известен своей непосредственной ролью главного миротворца между Израилем и арабскими государствами. Ему пришлось потратить немало сил для того, чтобы убедить арабские правительства заключить мир с Израилем.

 

Безусловное согласие

Похоже, Катар так и не пошел на уступки 5 января текущего года. В интервью Financial Times министр иностранных дел эмирата шейх Мохаммед бин Абдуррахман аль-Тани заявил, что Доха отозвала иск в международных судах только против стран, которые ввели эмбарго в отношении Катара. Страна также согласилась сотрудничать с другими странами Персидского залива в антитеррористических операциях за рубежом. Но новое соглашение не повлияет на отношения Катара с Ираном и Турцией.

Еще одной «уступкой» в пользу стран, наложивших на Катар эмбарго, стало прекращение критики саудовской королевской семьи в международных средствах массовой информации. Как известно, Катар обладает влиянием на крупные американские СМИ. И Доха безжалостно использовала эти возможности против правительства Саудовской Аравии, особенно в инциденте, связанном с убийством Джамаля Хашогги.

В начале января в Саудовскую Аравию прибыл эмир Катара Тамим бин Хамад аль-Тани. В аэропорту гостя тепло встретил наследный принц королевства Мохаммед бин Салман - главный виновник ухудшения отношений между двумя странами и главный объект критики Катара за последние три года. Несмотря на ситуацию с пандемией, оба лидера приветствовали друг друга обнявшись, хотя и оставались при этом в масках. Вероятно, целью было показать, что достигнутый мир был не искусственным, хотя Катар практически не выполнил ни одно из вышеуказанных требований. 

Иными словами, происходящее можно назвать не более чем взаимными уступками. Окончательное же устранение противоречий может занять гораздо больше времени. В настоящее время в Ливии, как и в Йемене, Катар и упомянутые государства Залива фактически находятся на противоположных фронтах.

Что касается влияния достигнутого соглашения на отношения Катара с Турцией, судить об этом сейчас сложно, поскольку процесс примирения еще не завершен. Однако очевидно, что даже при нынешнем мире с соседями Катар им не доверяет, и ему необходимо иметь союзника вроде Турции. 

С другой стороны, есть вероятность, что и самой Турции необходимо будет смягчить отношения если и не с ОАЭ, то с Саудовской Аравией и Египтом. Сейчас Анкаре необходимо помириться с Каиром хотя бы потому, что после событий в Ливии и в Восточном Средиземноморье в отношениях между двумя столицами наблюдается серьезная напряженность.

А Саудовская Аравия по-прежнему нужна Турции как серьезная страна-участница в составе Организации исламского сотрудничества и в региональных вопросах. Поэтому Анкара тепло встретила смягчение отношений между королевством и Катаром, особенно при новой администрации Байдена.



РЕКОМЕНДУЙ ДРУЗЬЯМ:

16