8 Марта 2021

Понедельник, 10:58

ВАЛЮТА

«НЕПУТЕВОЕ» НАСЛЕДИЕ

Ближневосточная политика Трампа, как ни странно, может стать неплохим подспорьем для Байдена

Автор:

15.02.2021

20 января принял присягу 46-й президент США - Джозеф Байден. В своей инаугурационной речи он обещал работать, чтобы «снова сделать Америку ведущей силой добра в мире». 

Байден также обратился к тем, кто находится за границей, напомнив, что США и впредь будут являться образцом для подражания и работать с союзниками, чтобы противостоять вызовам сегодняшнего и будущего, а не прошлого. В подтверждение сказанного одним из 15 решений, подписанных Джо Байденом в первый же день на посту президента, стало упразднение визового режима для граждан некоторых мусульманских стран.

Как же сложатся отношения новой администрации с исламским миром, как отреагируют на новое американское правительство в охваченных террором и войнами странах Ближнего Востока? Учитывая чувствительность данного региона, а также его географическую близость к Азербайджану, нам также интересно узнать о ближневосточной политике Вашингтона на ближайшие четыре года.

Как известно, на протяжении всей истории человечества Ближний Восток входил в круг интересов великих империй. Лидеры всех могущественных держав и центров силы от Римской империи до наших дней по разным причинам устремляли свои взоры именно на Ближний Восток. Регион притягателен и поныне. Более того, сейчас туда стремятся не одна, а несколько великих держав, ведущих между собой открытую либо подковерную борьбу. Ежедневно 30% мирового объема нефти, добываемого преимущественно на Ближнем Востоке и в Северной Африке, транспортируется через Ормузский пролив. Сегодня Ближний Восток продолжает играть ведущую роль в мировом энергоснабжении, будучи крупнейшим морским транспортным коридором через Красное море.

Кроме того, баснословные доходы от экспорта углеводородов после Второй мировой войны очень быстро обогатили многие ближневосточные страны, превратив их в итоге в союзников США. И именно благодаря этому немаловажному факту государственный бюджет США ежегодно пополняется на миллиарды долларов. В результате региональных угроз и рисков войны за последние десять лет военная промышленность США продала рекордное количество вооружения именно в страны Ближнего Востока.

В 2010 году ближневосточные союзники США из числа стран Персидского залива запаслись американским оружием на сумму $123 млрд. В последующие годы череда местечковых войн и заявленная борьба с терроризмом еще больше увеличили эту цифру. Например, в 2013 и 2018 годах на США приходилось 30 и 34% мирового рынка вооружения соответственно. Только в 2014 году Саудовская Аравия потратила на закупку вооружения $80 млрд., а Катар - $11 млрд. Неудивительно, что львиную долю заказчиков Пентагона, выручившего $226 млрд. от продажи оружия в 2017 году, составили арабские правительства Ближнего Востока. В 2017 году Саудовская Аравия и США договорились о поставках американских вооружений на сумму $110 млрд. Другими словами, США всегда рады дружить с теми, кто ко всему прочему готов еще и отплатить за американскую дружбу и доверие звонкой монетой.

Примечательно, что США не желают уступать роль лидирующего на Ближнем Востоке государства в пользу любого из своих соперников или даже союзников вроде Израиля -  главного партнера в регионе со времен холодной войны.

С другой стороны, за последнее десятилетие в ближневосточном котле накопилось достаточно много серьезных проблем, которые новой вашингтонской администрации придется как-то решать. Ведь, по заверениям Байдена, США должны восстановить утраченный авторитет «державы номер один» во всем мире, особенно на Ближнем Востоке. Вот лишь некоторые из насущных ближневосточных проблем на повестке дня команды Байдена в порядке их относительной первоочередности: обеспечить безопасность Израиля, но при этом оставаться третейским судьей, а не «ревнителем американских устоев», как то было во времена Трампа; обеспечить безопасность других региональных союзников в лице арабских монархий, дабы защитить их от «иранской угрозы»; удержать влияние над Ираном, посадив его за стол переговоров по ядерной проблематике; вернуть таких союзников, как Турция, в орбиту проамериканских интересов; не допустить серьезного влияния в регионе игроков вроде России и Китая и т.п. 

Есть и другие «обязательства» США, включая поддержание стабильности на рынке энергоресурсов, обеспечение глобальной безопасности, борьбу с терроризмом и т.д.

В последние годы жизненно важной проблемой для Вашингтона на Ближнем Востоке стала Исламская Республика Иран. И дело тут не только в намерении Тегерана приобрести собственную ядерную «игрушку». В Вашингтоне считают Иран не меньшей угрозой как своим союзникам, так и нынешним интересам США в регионе своими программами по разработке баллистических ракет и финансированием ближневосточных вооруженных групп. В этом смысле настоящим гордиевым узлом противоречий между Вашингтоном и Тегераном является не столько уровень и объем обогащенного урана, сколько региональная конкуренция.

При администрации Трампа линия открытой конфронтации и напряженности с Ираном, какой бы привлекательной она ни была для Израиля и арабских союзников США в регионе, расширила границы ближневосточного фронта и сместила США с позиции сверхдержавы, превратив их лишь в одну из противоборствующих сторон ближневосточных конфликтов. Неизбежным результатом этого процесса стал явный перекос баланса региональных сил, который подстегнул антиамериканские силы твердо занять сторону Ирана и вернул, по сути, в регион былую атмосферу холодной войны. Таким образом, четырехлетнее замешательство американцев в собственной ближневосточной политике развязало руки китайцам и россиянам, сумевшим за достаточно короткий срок укрепить свои позиции в регионе. 

Скорее всего, Байден сядет за стол переговоров со всеми сторонами конфликта, включая Иран, как это было в период правления его предшественника - Барака Обамы. При этом Вашингтон, по всей видимости, попытается вычеркнуть Иран из списка заклятых врагов, отныне предпочитая видеть в нем лишь соперника, склонного к примирению.

Естественно, при новой администрации поменяется и взгляд США на израильско-палестинский конфликт, в решении которого Вашингтон намерен участвовать не как «однозначный сторонник Израиля», как это было при Трампе, а как «справедливый арбитр». В день присяги Джо Байдена на официальной странице в Твиттере американского посольства в Израиле название ведомства было изменено на «посольство США в Израиле, Западном берегу р.Иордан и Газе». Правда, предыдущее название было восстановлено через несколько часов после публикации. Но в любом случае это сообщение - явный знак того, что новая политика Вашингтона будет примирительной и открытой для диалога с обеими сторонами конфликта.

Решение Трампа в мае 2018 года о переносе посольства США в Иерусалим, последующее вскоре за этим признание Голанских высот израильской территорией, а также попытки навязать Палестине наспех подготовленный, но категорически отклоненный администрацией автономии «План века» вызвали напряженность в отношениях между Палестиной и Вашингтоном. Вероятно, Байден постарается вернуться к традиционным позициям предыдущих правительств США, поддерживая дипломатические усилия по достижению взаимоприемлемого мира в регионе.

Другими словами, в ближайшее время ожидать каких-либо серьезных подвижек по палестинскому и иранскому вопросам не стоит, за исключением готовности Вашингтона договариваться со всеми заинтересованными сторонами. Это в некотором смысле даст фору Вашингтону перед другими глобальными конкурентами.

Ирония в том, что еще одним проблемным вопросом для Вашингтона стала Турция - член НАТО и региональный союзник США более 70 лет. В последние годы разногласий между Анкарой и Вашингтоном хоть отбавляй. Например, закупка Анкарой российских зенитно-ракетных комплексов С-400, в ответ на которую Вашингтон приостановил до лучших времен продажу истребителей F-35 Турции, выросла в достаточно сложную проблему между давними союзниками.

К региональным разногласиям с Анкарой также привела поддержка сирийских курдов администрацией Обамы. А конфликт в Ливии еще более углубил противоречия между Вашингтоном и Анкарой в течение последних двух лет. Оперативное вмешательство команды Трампа в ливийский вопрос в октябре прошлого года, практически исключившее Анкару из процесса урегулирования конфликта, добавило еще один узел противоречий в отношения между Турцией и США.

Кроме того, в новой команде Байдена, о которой было объявлено еще за несколько недель до церемонии инаугурации, бывший спецпосланник США в администрации Обамы по борьбе с ИГИЛ Бретт Макгерк назначен на пост координатора Совета национальной безопасности США по Ближнему Востоку и Северной Африке. Макгерк известен своим довольно прохладным отношением к Анкаре и неоднократно подвергался критике со стороны Турции за поддержку сирийских курдов. Но он не один такой в команде Байдена. Энтони Блинкен, выдвинутый администрацией Байдена на пост госсекретаря США, назвал Турцию «так называемым стратегическим партнером» и заявил о возможности наложить дополнительные санкции на Анкару из-за российских С-400.

Известно, что Байден и ранее чувствительно высказывался по курдскому вопросу, назвав решение Трампа вывести американские войска из Сирии «предательством курдов». В частности, речь идет о поддержке США курдской Партии демократического единства (PYD), действующей на севере Сирии и считающейся сирийским крылом Рабочей партии Курдистана (PKK), а также вооруженных формирований партии, более известных как Отряды народной самообороны (YPG). Видимо, назначение Макгерка должно указывать на то, что новая американская администрация продолжит поддерживать PYD, а значит, прохладные отношения между Анкарой и Вашингтоном сохранятся.

В течение последних двух лет Вашингтон также неоднократно выражал явную обеспокоенность действиями российско-турецкого тандема в Сирии и Ливии. В этом смысле не факт, что США будут обязательно давить на Анкару. Напротив, чтобы привлечь Анкару на свою сторону, Вашингтон может воспользоваться другими путями, не исключающими, впрочем, и риторику давления. Однако для этого США придется принять во внимание некоторые «красные линии» для Анкары, включая курдский вопрос. Решение проблем, связанных с кризисами в Сирии и Ливии, курдским вопросом, продажей С-400 и F-35, а также с «Халгбанком», в ближайшее время не представляется возможным.

В этом смысле отношения с Турцией, равно как и с Ираном, превратятся в затяжной переговорный процесс. Но Вашингтон будет более активно вовлечен в ближневосточную политику, сосредоточив особое внимание на конфликтах в Ливии и Сирии, что еще больше усилит конкуренцию в регионе.

Кстати, нынешним летом в Палестине намечается проведение парламентских и президентских выборов. Это событие могло бы стать еще одним поводом для успешного старта команды Байдена.

Интересно, что предшественник Байдена - Дональд Трамп сделал интересное заявление в прощальной речи перед своими сторонниками 20 января, пожелав новому правительству успехов и удачи. Он добавил, что верит в успех своего преемника, потому что он и его команда заложили «хороший фундамент» для администрации Байдена.

Хотя Трамп и не раскрыл подробности того, что он имел в виду под «хорошим фундаментом», известно лишь, что он еще более обострил отношения с Тегераном, подписав ряд жестких антииранских санкций. Но несмотря на всю напряженность создавшейся ситуации, думается, что именно этот фактор может укрепить позиции Байдена за столом переговоров, ибо теперь у него больше механизмов давления на Иран.

Похожая ситуация складывается и в случае с Палестиной. Ясно, что Байден официально откажется от курса Трампа, но, будучи ярым сторонником Израиля, он вряд ли откажется от решений своего предшественника признать Голанские высоты и Иерусалим за Израилем. Более того, хотя несколько арабских государств признали Израиль в соответствии со «Сделкой века» именно благодаря усилиям команды Трампа, это может стать своеобразным трамплином для команды Байдена, предоставив ей пространство для маневра. Иными словами, снос старых стен Трампа и его «непутевое», на первый взгляд, наследие могли бы стать приличным подспорьем для Байдена.



РЕКОМЕНДУЙ ДРУЗЬЯМ:

11