7 Декабря 2021

Вторник, 19:49

ВАЛЮТА

ТУРЦИЯ НЕ ТА, ЧТО ПРЕЖДЕ

Принятие новой Конституции сыграет важную роль в контексте дальнейшего развития этой региональной державы

Автор:

15.04.2021

В Турции в ближайшее время будет запущен процесс принятия нового Основного закона, который инициирован президентом Реджепом Тайипом Эрдоганом. И к 100-летию Турецкой Республики в 2023 году планируется утвердить первую гражданскую Конституцию в истории государства.

 

«Турция не та, что была прежде!» 

Еще в начале февраля президент Эрдоган анонсировал начало дискуссии о разработке новой Конституции. При этом он заверил, что процесс будет максимально прозрачным и учтет мнения всех слоев общества. В процедурном плане речь идет о подготовке в течение нынешнего года всеми политическими силами конституционных инициатив, которые затем будут вынесены на общественное обсуждение.

С очередными громкими заявлениями на тему принятия новой Конституции турецкий лидер выступил на состоявшемся в конце марта съезде возглавляемой им правящей силы - Партии справедливости и развития (ПСР). Он заявил, что правительство представит общественности текст новой Конституции, которая «будет продуктом открытой и прозрачной работы», в первой половине 2022 года. Главным содержанием Основного закона станет, по словам Эрдогана, «учет всех внутренних и международных реалий».

Действующая турецкая Конституция была принята в 1982 году в условиях военного переворота. Не случайно Эрдоган подчеркивает, что ей «уже 29 лет и в историческом контексте она потеряла актуальность». При этом пересмотр Конституции проводился неоднократно и в ней уже почти не осталось неизмененных статей. Последние изменения иниицировал сам Эрдоган, и они привели к смене парламентской формы правления на президентскую. Тем самым правящая ПСР положила конец властной модели, существовавшей практически с момента создания Турецкой Республики, в которой ключевым институтом выступал парламент.

По итогам конституционного референдума, состоявшегося в апреле 2017 года, значительно расширились полномочия президента: он стал главой и государства, и правительства. Президент получил право назначать вице-президента и министров, половину Совета судей и прокуроров, издавать указы, не требующие одобрения парламента, и даже распускать парламент по любым основаниям. Сам Эрдоган перешел с упраздненной премьерской должности в кресло президента по итогам состоявшихся в июне 2018 года выборов главы государства. И теперь он провозгласил, что Турция должна встретить 100-летний юбилей Республики не Конституцией государственного переворота, а новой - гражданской Конституцией, в соответствии с современными требованиями.

Полемика вокруг нового Основного закона развернется по ряду наиболее принципиальных для всех политических сил вопросов. В частности, оппозиция, критикующая чрезмерный, с ее точки зрения, крен в сторону усиления президентской власти, будет настаивать на возвращении к парламентской форме правления. Или, как минимум, должна быть установлена полупрезидентская модель с более весомым влиянием высшего законодательного органа. Можно предположить, что в новой Конституции роль парламента, действительно ослабевшая после поправок 2017 года, будет несколько усилена. Однако очевидно, что не ради этой задачи президент Эрдоган запускает процесс смены Конституции. Его заявление о том, что новая Конституция предоставит возможность укрепить президентскую систему правления, однозначно указывает на перспективное сохранение в Турции нынешней формы правления.

Еще один принципиальный вопрос - светский характер Турецкой Республики. Несмотря на настроения внутри ПСР, имеющей репутацию «умеренно исламистской» силы, допустить изменение конституционных положений о религии и нации практически невозможно. Все основные политические силы, включая и партнера ПСР по коалиции - Партию националистического движения во главе с Девлетом Бахчели, являются сторонниками светскости турецкого государства. Так что сюрпризов по этому поводу в ходе принятия новой турецкой Конституции ожидать явно не стоит.

Это, однако, не отрицает того, что общий дух нового Основного закона будет соответствовать стратегическим установкам партии Эрдогана. Согласно обновленной программе ПСР на двухлетний период, в 2023 году будут организованы новые всеобщие выборы. К ним партия рассчитывает подойти как сила, превратившая Турцию в одно из ведущих государств, влияющих на формирование экономического и политического миропорядка. 

Заявку на столь амбициозную в мировых делах роль Эрдоган оформил словами о том, что силы, которые на протяжении двух последних столетий «пытаются ограничить развитие Турции и заставить ее фокусироваться только на внутренних вопросах», больше не смогут добиться желаемого. «Сегодняшняя Турция не та, что была прежде! Цели развития страны, намеченные на период до 2023 года, станут отправной точкой для становления мощной и сильной Турции XXI века и последующего периода», - заявил Эрдоган. При этом он выразил намерение расширить число «дружественных государств», «продолжать продвигать связи со всеми странами мира: от США до России, от Евросоюза до арабского мира».

По самой логике поставленных турецким лидером внутри- и внешнеполитических целей и задач следует, что программной основой для их достижения и предстоит стать новой Конституции страны.

 

Эрдоган и его противники

Анонс нового конституционного процесса в Турции сопровождается рядом знаковых событий. Речь идет, прежде всего, о нейтрализации сил, представляющих реальную угрозу для политической системы, утверждающейся в контексте «гражданской Конституции», и обозначенной повестки действий. Она предполагает укрепление внутреннего единства и рост влияния страны на мировой арене.

Так, на грани закрытия оказалась прокурдская Партия демократии народов (ПДН). Прокуратура обратилась в Конституционный суд с запросом на роспуск этой организации, заявления и действия которой «направлены на раскол между государством и народом». И хотя Конституционный суд вернул запрос в связи с «процессуальными недостатками», можно с уверенностью предположить, что ПДН как сила, в деятельности которой усматривались сепаратистские проявления, скорее всего, останется за бортом турецкого политического процесса.

Еще один весьма примечательный сюжет внутриполитической борьбы, развернувшейся в дни анонса принятия новой Конституции, касается письма 103 отставных адмиралов. В нем выражено беспокойство в связи с планом создания канала «Стамбул», призванного стать новой судоходной артерией, соединяющей Черное и Мраморное моря. Указано беспокойство и возможным выходом Турции из Конвенции Монтрё, регулирующей статус ныне действующих каналов в проливах Босфор и Дарданеллы. Между тем военные указали в своем письме и на необходимость сохранения действующей Конституции страны.

Позиция отставных адмиралов вызвала резкое недовольство в правящих кругах. Стало очевидным, что вокруг двух тем развернется острая, быть может, даже ожесточенная борьба между правительством и оппозицией. Это разработанный властями план строительства «Стамбула», предполагающий непопадание нового канала под действие Конвенции Монтрё с перспективой оплаты иностранными государствами его использования, и конституционные преобразования. Предугадать именно подобный накал полемики позволяет арест десяти подписавшихся под письмом экс-адмиралов, которым предъявлено обвинение, ни много ни мало, в государственной измене. А также заявление Эрдогана о том, что за публикацией открытого письма отставных адмиралов стоит ведущая оппозиционная сила - Республиканская народная партия (РНП).

«Среди подписавшихся адмиралов есть и члены РНП, а также те, кто находится в ее руководстве. Они пытаются как-то оправдать этот документ, который напоминает переворот», - подчеркнул президент Турции. И дал тем самым понять, что будет непоколебимо противодействовать планам политических противников, в частности, и по вопросу разработки новой Конституции.

 

Державный закон

Таким образом, предстоящее принятие нового Основного закона имеет глубокий смысл в контексте дальнейшего развития турецкой державы.

История с адмиральским письмом показательна в том смысле, что она выступает еще одним показателем противостояния между партией Эрдогана и той частью военной элиты, которая видит в осуществляемой правительством линии на вытеснение армии из политической жизни посягательство на устои государства. А это было заложено основателем Турецкой Республики Кемалем Ататюрком. Проправительственные СМИ не случайно охарактеризовали письмо адмиралов как «военный меморандум», подчеркнув, что «мы никак не можем прийти к следующему общему знаменателю: переворот и терроризм - два вопроса нашей политической жизни, по которым мы должны проявлять наибольшую чувствительность и демонстрировать общенациональную реакцию».

Собственно, подготовку новой, «гражданской», Конституции можно считать следствием подавления попытки военного переворота летом 2016 года. Устояв тогда у власти, Эрдоган шаг за шагом укрепил ее, логически подведя теперь к той модели государства, которая способна окончательно покончить с путчистской практикой, неоднократно определявшей судьбу кемалистской республики. И новая Конституция, как по своей букве, так и по духу, должна будет олицетворять этот новый облик Турции.

Примечательнее всего то, что подобное перевоплощение занесет в свой актив политическая сила, неразрывно связанная с социал-консервативным движением Турции и базирующаяся на проповедуемых им исламских духовных ценностях. В начале 2000-х годов появление феномена партии Эрдогана стало ответом на обозначившийся в стране социальный запрос касательно проведения политики, учитывающей цивилизационную самобытность и культурно-исторические традиции Турции. Главная побудительная причина этого запроса заключалась в том, что турки устали чувствовать свою ущербность в глазах того политического пространства, составной частью которого Турецкая Республика стремилась стать в течение предшествующих нескольких десятилетий. Многие в Турции находили справедливой известную фразу о том, что в ХХ веке их родина превратилась из первой страны Востока в последнюю страну Запада. При том, что сам евроатлантический мир, не желая полноценной и равноправной интеграции с исторической наследницей Османской империи, использовал и использует любой повод для того, чтобы указать на ее «несоответствие» стандартам западной цивилизации. Отвергая столь несправедливый, дискриминационный подход, турки нашли спасительное утешение в обращении к национальной памяти, к тем религиозным и культурным идеалам, основываясь на которых, их предки некогда достигли всемирно признанного величия.

В этом смысле принятие новой Конституции обещает стать одним из интереснейших событий в новейшей истории Турции. Оно утвердит дальнейший путь развития турецкого государства, обусловив, в частности, и непрерывность роста его влияния на мировой арене.



РЕКОМЕНДУЙ ДРУЗЬЯМ:

48