30 Сентября 2022

Пятница, 16:40

ПУТЕШЕСТВИЕ ДЛИНОЮ В ЖИЗНЬ

Джамиль МУФИДЗАДЕ: "Если выдержать все невзгоды и трудности, в один прекрасный день двери успеха обязательно распахнутся перед тобой"

Автор:

01.04.2016

Народный художник Азербайджана Джамиль Муфидзаде любит путешествовать. Путешествия заполняют его душу гармонией и заряжают жизненной энергией. В дорогу художник всегда берет с собой этюдник. Быстрые зарисовки и эскизы, сделанные на выезде, по возвращении домой превращаются в полноценные картины. Джамиль Муфидзаде побывал почти в ста странах мира. Он известен такими сериями графических работ, как "Ичери шэхэр", "Нефть Абшерона", "Баку - нефтяная столица", "Бухенвальд", "Хыналыг", "На земле Монголии", "Впечатления от Египта" и др. Его произведения хранятся в частных коллекциях и музеях России, Германии, Франции, Италии, Египта, Турции, Ирана, Монголии. 24 февраля мэтру отечественной графики исполнилось 82 года, но он по-прежнему полон сил и энергии.

- Джамиль муаллим, когда вы поняли, что хотите стать художником?

- Я родился в небольшом городке Ордубаде, где люди относились друг к другу очень душевно, бережно и, я бы сказал, по-божески. Если случалась беда - помогали всей улицей, поддерживали и переживали. Мой отец работал в бухгалтерской системе на шелкомотальной фабрике, а мама была домохозяйкой. У нее не было среднего образования, но она закончила школу ликбеза (ликвидация безграмотности. - Авт.) - специальные курсы, на которых после революции в СССР обучали грамоте и письму. Я был пятым ребенком в семье, и мама делала всё, чтобы ее дети получили хорошее образование. Мой старший брат стал заслуженным энергетиком Азербайджана, две сестры окончили медицинский институт, а младший брат был известным нефтяником-буровиком. Я единственный из нашей многочисленной семьи, кто решил посвятить свою жизнь художественному искусству. Рисовать стал в самом юном возрасте. В то время в Ордубаде не было кружков по рисованию, и мы с друзьями просто срисовывали портреты поэтов и художников и забавные иллюстрации из учебников. Когда я закончил 6-й класс, отец решил отправить меня в Баку, где на тот момент работал мой старший брат Гамид. Родители хотели, чтобы в дальнейшем я поступил в столичный институт. Так что учебу я продолжил уже в амирджанской (бакинский поселок Амирджан. - Авт.) средней школе. Брат жил в Сураханы, и я каждый день по дороге в школу видел цепочки уходящих к горизонту металлических остовов нефтяных вышек, которыми была заполонена вся береговая часть поселка. Вид этих черных "башен", впивающихся одним концом в самую высь неба, а другим - в морскую глубь, произвел на меня неизгладимое впечатление. По дороге я делал небольшие зарисовки, а дома заканчивал. 

После окончания 7-го класса я поступил в Азербайджанское государственное художественное училище им. А.Азимзаде, где учился азам художественного искусства. Затем я отправился в Киев. Там мне пришлось проучиться еще год в средней художественной школе, что, конечно, мне очень пригодилось в дальнейшем в процессе адаптации в другой республике. В этот же период я увлекся офортом. Это сложнейшая техника графики, при которой художник на медную пластину наносит кислотоупорный лак, затем иглой процарапывает слой лака по линиям будущего изображения до металла и помещает пластину в раствор азотной кислоты. За несколько раз получает желаемую градацию тонов. Покрывает пластину краской и помещает на офортный станок. На пластину накладывают влажную бумагу, и под действием давления краска переходит на бумагу. Там, в Киеве, я узнал, что в Харькове живет и работает выдающийся украинский график Василий Мироненко. Я сразу же поехал туда и поступил на отделение графики Харьковского художественного института, где преподавал Василий Федорович. Он научил меня всем нюансам техники гравирования, и я многим ему обязан. В институте я много времени проводил за учебниками, читал специальную литературу, экспериментировал с офортом, посещал музеи, каждый день старался узнать что-то новое. На втором курсе института решил участвовать в художественном конкурсе Международного союза студентов, штаб-квартира которого находилась в Праге (Чехия). Первое место тогда никому не присудили, а второе разделили между мной и молодой художницей из Аргентины. Помню, вместе с памятным дипломом мне вручили дорогой по тем временам немецкий фотоаппарат Flexaret 6. Для студента это была, пожалуй, самая лучшая награда. 

Моя дипломная работа "Нефтяные камни" в институте была оценена госкомиссией. Вместо восьми работ, из которых должна была состоять дипломная, я представил двенадцать, чем завоевал симпатии всех членов госкомиссии. По окончании института у меня была возможность остаться в родном вузе и преподавать на кафедре графики. Но я решил вернуться на родину. В Азербайджане меня уже знали по участию в различных выставках. Мне выделили небольшую мастерскую в Доме художников и благодаря протекции тогдашнего председателя Союза художников Азербайджанской ССР Надира Гамбаровича Абдулрахманова дали малюсенькую квартиру в Ичери шэхэр, чему я был невероятно рад. Старый город, в котором я стал жить, вдохновлял и воодушевлял меня. Каждый день я прогуливался по узким мощеным улочкам и открывал для себя что-то новое. Будь то необычные замысловатые узоры на старых стенах или рисунки на кованых оконных решетках. Останавливаясь по дороге, делал наброски и эскизы. Так в 1965 году родились первые пять листов моей многочисленной серии "Ичери шэхэр". Эта серия пополнялась новыми работами вплоть до конца 90-х годов. Всего в ней около ста картин. 

- Насколько нам известно, вы любите путешествовать, и половина ваших работ была сделана во время творческих командировок. 

- По натуре я очень неспокойный человек. Не люблю сидеть на месте. Мне нравится путешествовать, узнавать новые страны и знакомиться с новыми людьми. За свою жизнь я успел побывать на четырех из пяти континентов. Несколько лет назад я выпустил книгу, которая так и называется - "4/5 Земли", в которой собрал фотовоспоминания и работы, сделанные во время путешествий по различным странам. Мне не довелось увидеть только Австралию…

Моя любовь к путешествиям началась с круиза по Дунаю в 1964 году. Год спустя я в составе творческой делегации побывал в Германии. Это была первая поездка за границу по линии Союза художников СССР, и для меня она была примечательна еще и тем, что мне удалось побывать на Всемирной выставке книжной и станковой графики, проходящей в Лейпциге, и посетить мемориальный музей, расположенный на территории концентрационного лагеря Бухенвальд. Также я побывал и в Освенциме в Польше. Я был потрясен тем, что увидел… Газовые камеры и печи, братские могилы, страшные экспонаты музея… В одном только Бухенвальде было замучено и убито более 50 тысяч человек! Я был так впечатлен, что всю экскурсию делал наброски и записи в блокноте. После этой поездки появилась моя очередная серия "Бухенвальд".

Одновременно я продолжал работать над серией, посвященной главному богатству Азербайджана - нефти. Некоторое время оставался в общежитии нефтяников. Наблюдал за трудовыми буднями и своеобразным бытом вышкомонтажников, разведчиков нефти, бурильщиков, операторов подземного ремонта скважин, нефтедобытчиков... И рисовал, рисовал, рисовал. Нефтяные вышки для меня не просто металлические конструкции. В них можно разглядеть нечто схожее с азербайджанским орнаментом "шебеке". 

- Какая из ваших командировок была самой экстремальной и запоминающейся?

- В 1975 году я вместе с несколькими художниками отправился в 40-дневную командировку на север Якутии. Путешествие началось с Якутска и поселка Тикси, откуда советские пограничники перебросили нашу делегацию на действующую полярную станцию Усть-Оленёк.

- Не страшно было отправиться из жаркого Баку в ледяную Якутию?

- Это было мое сознательное решение. К тому времени я успел объездить весь Азербайджан. Это раскаленный песок, жаркое солнце, много зелени и синевы. Поэтому и работы получались такие же яркие, сочные и богатые цветом. В какой-то момент мне захотелось увидеть и запечатлеть нечто контрастное - аскетичную природу, холодные краски и сдержанные пейзажи. Мы побывали у оленеводов и полярников в тундре. Там, где вечная мерзлота и не растут деревья, где живут северные олени, а вместо холодильника жители используют ямы, вырытые в заледеневшей земле. Я делал наброски всего, что видел вокруг, чтобы потом перенести свои впечатления от поездки в этот холодный край на бумагу. Через год с этой же командой я отправился на север России и побывал в Архангельске, Кандалакше и в городе Кемь (Карелия). Эти края отличаются от аскетичной природы Якутии особой теплотой красок и, я бы сказал, некой лаской. Я провел в тех краях 80 дней и собрал огромный материал в виде эскизов, наметок и заметок, которые вылились в большую серию - 74 работы! По итогам моего путешествия были организованы выставки в Баку, Москве, Архангельске и Северодвинске. 

Вернувшись на родину, я решил продолжить путешествие по Азербайджану и отправился в затерянное в горах селение Хыналыг. В свое время в тех краях побывали и писали картины Расим Бабаев, Марал ханым Рахманзаде и другие известные живописцы. После этой плодотворной поездки родилась моя очередная серия "Хыналыг", в которой я представил всю красоту и величие азербайджанской природы.

А спустя несколько лет по линии Союза художников СССР я отправился в двухнедельную командировку по Монголии. Первые впечатления от Улан-Батора - серое небо, бездорожье, одинаковые коробки-пятиэтажки, отсутствие зелени на улицах и два дацана (буддийский храм), зарисовки которых мы с моим украинским коллегой успели сделать со всех четырех точек зрения. Разнообразила наше путешествие поездка в пустыню Гоби, куда нас в шесть утра доставили на вездеходах. Пустынные районы Гоби, как принято считать, вот уже на протяжении 65 миллионов лет остаются практически неизменными и безводными. Только представьте себе картину - одинокая юрта посреди песчаных песков и огромные двугорбые верблюды, прогуливающиеся в поисках растительности. Верблюды невероятно пластичные и мирные создания. Их достаточно сложно писать, потому что они находятся в постоянном движении. Нам пришлось стремительно делать схематичные наброски размером с ладонь, чтобы потом перенести их на бумагу. Нужно было успеть увидеть и запечатлеть на бумаге все самые "вкусные" моменты до наступления темноты. Темнеет в Гоби рано. В начале девятого вечера пустыня покрывается непроходимой мглой. Становится страшно от бездонной черноты пустыни и хочется, чтобы поскорее наступил рассвет. Незабываемые впечатления от одного дня, проведенного в Гоби, перетекли в три года работы. Получилось 38 работ, которые были представлены на моей персональной выставке, организованной в Баку и Улан-Баторе.

- Джамиль муаллим, какая из поездок вам особенно запомнилась? Какая серия работ вам особо дорога?

- Сложный вопрос. Египет, Италия, Голландия, Сингапур, Польша, Чехословакия, Япония… Каждая страна, в которой мне повезло побывать, дорога мне и памятна. В каждой стране я находил нечто прекрасное и индивидуальное. Все свои эмоции и впечатления переносил на бумагу. Мне хотелось передать свои чувства и ощущения таким образом, чтобы зрители, увидевшие мои работы, почувствовали то же, что и я.

- На протяжении многих лет вы преподаете в Академии художеств. Что вы думаете о свободе самовыражения в творчестве, которой отдельные молодые художники порой злоупотребляют? Это мешает или помогает в развитии изобразительного искусства?

- Этот вопрос тревожит тех, кто склонен думать и переживать за будущее нашего изобразительного искусства. Полная свобода самовыражения и отсутствие внутренних "тормозов" еще никого до хорошего не доводили. В советские годы тоже были художники, чьи работы члены выставкома не допускали на выставки и экспозиции. Сегодня такие "картины" можно увидеть везде. Некоторые современные художники считают, что если у нас существует свобода самовыражения, то можно писать что угодно. Они искренне считают, что изображенный на холсте желтый треугольник с красным квадратом и глазом в обрамлении синих ресниц, с подписью "Портрет моей жены", можно выставлять на всеобщее обозрение. Ведь это плод их самовыражения и они не такие, как все (смеется). Я сочувствую тому художнику, у которого такая жена… А если серьезно, все эти непрофессиональные абстракции и неумелые способы самовыражения ни к чему. Все это чистой воды шарлатанство и шутовство, и у такого искусства недолгий век.

Знаете, художник - это состояние души и образ жизни. Ты таким родился и не мыслишь себя в иной ипостаси. И не задумываешься, выгодно тебе это или нет. У меня была жажда к творчеству, которая меня всего поглощала. Очень важно не сворачивать с намеченного пути. Поверьте, если выдержать все невзгоды и трудности, в один прекрасный день двери успеха обязательно распахнутся перед тобой. Если ты творишь, думаешь и развиваешься, то обязательно достигнешь своей цели.



РЕКОМЕНДУЙ ДРУЗЬЯМ:

385
Актуально