28 Января 2020

Вторник, 16:47

ВАЛЮТА

МОРЕ РАЗДОРА

Восточное Средиземноморье превратилось в новый предмет разногласий между Турцией и Евросоюзом

Автор:

15.12.2019

В последние годы политическая ситуация в Восточном Средиземноморье характеризуется особой сложностью. Незатихающие конфликты в Сирии и Палестине, тяжелая военно-политическая ситуация в Ливии, политический кризис в Ливане усугубляются наращиванием военного присутствия в регионе третьих стран - США, России, Франции и др. После того как вблизи побережья Кипра были открыты богатые залежи газа, Турция, Кипр и Греция вступили на новую конфликтную «тропу», оспаривая принадлежность этих месторождений и пытаясь организовать новые региональные мегаальянсы. 

 

Ход Анкары и Триполи

5 декабря власти Кипра, поддерживаемые Афинами и Евросоюзом, подали ходатайство в Международный суд ООН в Гааге о защите своих прав на добычу полезных ископаемых в прибрежной зоне из-за претензий Турции на эти участки.

Произошло это через неделю после того, как президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган и глава Правительства национального согласия (ПНС) Ливии Файез Сарадж подписали меморандум о взаимопонимании по «разграничению морских юрисдикций» между Турцией и Ливией. Далее Анкара представила ряд претензий в ООН, в частности, заявив о своих притязаниях на морские зоны и континентальный шельф к западу от 28-го меридиана (к югу от острова Родос). Таким образом, Турция и Ливия определили общий участок морской границы и «застолбили» за собой право на перспективные газоносные блоки в восточной части Средиземного моря. К слову сказать, не самыми спокойными водами на просторах между Азией, Африкой и Европой. Но самое интересное, что Анкара заключила договор с признаваемым ООН и Евросоюзом правительством в Триполи. В то же время противники этого правительства во главе с фельдмаршалом Халифой Хафтаром, контролирующего большую часть территории Ливии, ни соглашения с Анкарой, ни любые другие соглашения и договоры, подписанные правительством Файеза Сараджа, не признают. Евросоюз, традиционно поддерживающий Сараджа, вынужден был проглотить эту «горькую пилюлю» и принять во внимание, что разграничение морских юрисдикций между Турцией и Ливией было осуществлено законным ливийским правительством. 

Вместе с тем ЕС выразил «безоговорочную солидарность с Грецией и Кипром в отношении действий Турции». В опубликованном 13 декабря итоговом заявлении саммита ЕС говорится, что Меморандум о разграничении морских зон в Средиземном море, который заключили Турция и Ливия, не имеет юридической силы для третьих стран. «Меморандум о взаимопонимании по разграничению морских зон между Турцией и Ливией нарушает суверенные права третьих стран, не соответствует международному морскому праву и не может иметь никакой юридической силы для третьих государств», - говорится в заявлении.

В принципе логику Брюсселя понять можно. ЕС безоговорочно поддерживает в спорных газовых вопросах двух своих членов - Кипр и Грецию, осуждая действия Анкары. Однако участие официально признанного Евросоюзом правительства Сараджа в соглашении с Анкарой серьезно сдерживает возможность Брюсселя оказывать одностороннее давление на турецкие власти. Это, в свою очередь, создает Турции поле для маневров.

Важно отметить, что Файез Сарадж во многом обязан существованию своего правительства Турции, оказывающей не только гуманитарную, но и военно-политическую поддержку Триполи. В то время как соседи, в частности антитурецки настроенный Египет, склонны помогать фельдмаршалу Хафтару, резко осудившему соглашение между Триполи и Анкарой.

 

Клин Газового форума Восточного Средиземноморья

Еще в конце 2018 года министр энергетики Египта и его кипрский коллега подписали правительственное соглашение о строительстве подводного газопровода, соединяющего морское газовое месторождение «Афродита» в кипрской части средиземноморской акватории с заводами по сжижению газа в Идко и Дамиетте на севере Египта. Таким образом, Каир официально стал партнером Кипра в газовом вопросе. 8 октября в Каире состоялась трехсторонняя встреча президентов Египта и Кипра Абделя Фаттаха ас-Сиси и Никоса Анастасиадиса, а также премьер-министра Греции Кириакоса Мицотакиса. Среди обсуждаемых тем вопрос о сотрудничестве в нефтегазовой сфере был одним из центральных. Известно, что Египет наряду с Грецией, Кипром, Италией, Израилем, а также Иорданией является активным участником недавно созданной региональной энергетической организации - Газового форума Восточного Средиземноморья (East Mediterranean Gas Forum, EMGF), одной из целей которого является воспрепятствовать буровым работам Турции близ побережья Кипра.

Подписав соглашение с Ливией, Анкара вбила клин между участниками форума, разделив его на две части.

 

В ожидании «джокера»

Турция, являясь ключевой транзитной страной в системе Южного газового коридора, превращается в основного поставщика газа в Европу. После реализации проектов по транспортировке газа из России и Азербайджана и начала разработки перспективных блоков между кипрским и турецким побережьями Турция превратилась в ведущий газовый хаб европейского масштаба. Другие страны оказываются в положении игроков «второго порядка» и вынуждены подстраиваться под те условия, которые формируются на рынке при наличии фактора турецкого доминирования.

Но в этой ситуации может появиться своеобразный «джокер». В настоящее время Турция испытывает кризис в отношениях с большинством своих соседей в Восточном Средиземноморье и нуждается в поддержке внерегиональных акторов, в особенности в вопросах разработки и транспортировки природного газа, обнаруженного у берегов Кипра. По некоторым сведениям, турецкая сторона ранее проводила переговоры с российскими компаниями для проведения геологоразведочных работ в этом районе. 

Вовлеченность «Газпрома» в разработку проекта позволит ему закрепить свое присутствие на энергетическом рынке региона и Европы в целом, где он контролирует до 37% поставок своего газа, и стать пайщиком в этом проекте с большим долевым участием. Турция, недавно завершившая сделку по приобретению российской зенитно-ракетной системы «Триумф», получает возможность гарантировать безопасность разработок газовых месторождений, поскольку сможет контролировать воздушное пространство, особенно в спорных районах.

У российского газового гиганта есть свой интерес в этом: если государства - участники Газового форума Восточного Средиземноморья добьются роста поставок в Европу, это существенно потеснит позиции «Газпрома». Примечательно, что в начале десятилетия «Газпром» и некоторые другие российские компании пытались получить доступ к разработкам газовых месторождений Израиля, Ливана и Кипра. Речь идет о Левантийском бассейне, в недрах которого, по оценке Геологической службы США, находятся 1,7 млрд. баррелей извлекаемой нефти и около 4 трлн. кубометров природного газа. 

В начале 2012 года российский «НоваТЭК», французская Total, а также «Газпромбанк» подали совместную заявку на получение геологоразведочной лицензии на один из 12 блоков на шельфе Кипра, выставленных в рамках второго лицензионного тендера. Однако кипрская сторона не проявила интерес к этому предложению. Также и в 2016 году отсутствие интереса у Израиля к участию «Газпрома» в разработке его газовых месторождений заставило российского газового монополиста отказаться от своих планов.

Предполагается, что как Кипр, так и Израиль пошли на этот шаг под давлением ЕС и США. Последние не заинтересованы в упрочении позиций Москвы на газовом рынке Европы и предпринимают попытки для замещения российского газа в балансе энергопотребления Евросоюза за счет источников из других стран.

Таким образом, волей-неволей российская сторона оказалась в числе тех, кто не может быть заинтересован в реализации планов масштабных поставок средиземноморского газа в Европу. С другой стороны, «Газпром» вряд ли открыто будет участвовать в планах Турции по разработке месторождений близ кипрской территории. Это чревато большими геополитическими рисками. 

А вот для Ливии, которая является традиционным поставщиком газа в Европу, ситуация носит по-настоящему угрожающий характер, поскольку чревата ухудшением условий поставок ее основного экспортного товара на рынок главного покупателя. Так, если в 2010 году добыча газа в стране составляла 16 млрд. куб. м в год, согласно данным BP, то в последующие после свержения Каддафи годы добыча сократилась в 1,5-2 раза. Соответственно доходы от продажи природных ресурсов также резко сократились, что повлияло, прежде всего, на социальную сферу жизни страны.

С другой стороны, по сведениям Bloomberg, в Европе растет избыток природного газа, а цены достигли 10-летнего минимума. На фоне ожидающегося роста поставок газа из Израиля, Кипра, Ливана, Египта ситуация для поставщиков видится с еще более пессимистических позиций.

Так что с какой стороны ни посмотреть, главным вопросом являются будущая цена на газ и возможности его продажи в Европу. Турецко-кипрские противоречия являются лишь верхушкой тех противоречий, которые лежат в основе формирующейся новой газовой карты Европейского континента.



РЕКОМЕНДУЙ ДРУЗЬЯМ:

11