27 Июня 2022

Понедельник, 01:20

ХАНА ОТПРАВИЛИ В ОТСТАВКУ

Пакистан переживает очередной переломный момент в своей истории

Автор:

15.04.2022

В Пакистане разразился внутриполитический кризис, приведший к смене правительства. Ведущие силы одного из крупнейших и многонаселенных государств Евразии, являющегося обладателем ядерного оружия, вновь столкнулись в остром противоборстве за власть. Но в возникновении и развитии этого кризиса отчетливо прослеживается внешний фактор.

 

Кредо Имрана Хана и американский след

Формальную составляющую текущей внутриполитической напряженности в Пакистане первоначально определил распад правящей коалиции, возглавляемой премьер-министром Имраном Ханом и опирающейся на простое большинство в Национальной ассамблее. Партия «Техрик-и-Инсаф» («Движение за справедливость») лишилась поддержки своего ключевого партнера по коалиции - партии «Движение Муттахида Кауми». В результате было принято предложение о голосовании по вотуму недоверия кабинету Имрана Хана. 

Однако голосование было отменено вице-спикером парламента Касимом Ханом Сури, сославшимся на то, что этот шаг означал бы нарушение статьи 5 Конституции, провозглашающей основной обязанностью каждого гражданина Пакистана верность государству. Иными словами, он усмотрел в попытке смещения действующего правительства иностранное вмешательство. 

Более откровенно на эту тему выразился сам Имран Хан. Он открыто обвинил США в заговоре с целью отстранить его от власти и призвал своих сторонников выйти на улицы для обеспечения поддержки правительства и предотвращения переворота. Затем свое веское слово сказал и президент Ариф Алви; прислушавшись к призыву Имрана Хана, он объявил о роспуске Национальной ассамблеи - нижней палаты пакистанского парламента. А это означало, что в течение последующих 90 дней в Пакистане должны были пройти новые выборы, а сам Имран Хан продолжил бы до того времени исполнять обязанности премьер-министра.

С чем же связана истинная подоплека текущего политического кризиса, на которую прямо указал Имран Хан?

Накануне первоначальной отмены голосования по вопросу о доверии правительству министр информации Фавад Чаудхри признал, что еще 7 марта, за день до официального запроса оппозиции по голосованию, поступило уведомление от «представителей других стран». Те дали понять, что «отношения с Пакистаном будут зависеть от успеха предложения о вотуме недоверия. Нам сказали, что если оно не увенчается успехом, Пакистану предстоит трудный путь».

Председатель правящей партии «Техрик-и-Инсаф» Файсал Вауда также подтвердил, что против Имрана Хана зреет заговор в связи с его отказом «продавать страну». Наконец, СМИ распространили информацию о раскрытии спецслужбами Пакистана заговора с целью убийства премьера. Из последующего заявления самого Имрана Хана о роли США в происходящих событиях однозначно следовал вывод, что именно Вашингтон вдохновил попытку государственного переворота в Пакистане.

Но почему же США столь сильно недовольны Имраном Ханом, что решили даже подтолкнуть ориентированные на Запад внутрипакистанские силы к его смещению?

Прежде всего необходимо подчеркнуть, что Имран Хан всегда позволял себе критику в адрес евразийской политики США. В особенности за то, что Вашингтон недостаточно, как считает Имран Хан, ценит Исламабад как своего важного союзника в войне с терроризмом. По мнению Хана, даже само подключение Пакистана на стороне международной коалиции в войну в Афганистане было ошибкой. Поскольку «ни один союзник США не пострадал в антитеррористической войне так, как пострадал Пакистан», потерявший в ходе нее 80 тыс. человек. Яркой демонстрацией позиции Имрана Хана было и его личное участие в многочисленных акциях протеста против обстрелов пакистанских селений американскими беспилотниками под предлогом борьбы с терроризмом. Показательно и то, что Имран Хан не разрешил разместить на пакистанской территории американские войска после их прошлогоднего спешного вывода из Афганистана.

Но главная причина недовольства Вашингтона правительством Имрана Хана состояла в том, что за годы своего правления, начавшегося в 2018 году, оно заметно отдалилось от орбиты западного влияния и установило более тесные отношения с Китаем и Россией. Особенно болезненным образом США восприняли визит Имрана Хана в Москву, практически совпавший по времени с началом российского военного вторжения в Украину. Причем, как следует из материалов пакистанских СМИ, визит состоялся вопреки тому, что Вашингтон требовал от Хана отменить свой московский вояж.

Затем Пакистан не присоединился к антироссийским санкциям Запада, а также воздержался при голосовании по осуждающей Россию резолюции в Генассамблее ООН. Более того, Имран Хан удостоил похвалы за аналогичные действия Индию - традиционного соперника Пакистана. Свою позицию он объяснил тем, что Пакистан «имеет дружеские связи с США, Россией, Китаем и Евросоюзом и не собирается примыкать к какому-либо лагерю». Отвечая же на попытки Соединенных Штатов и Евросоюза добиться от Пакистана приемлемого для них голоса, Имран Хан озвучил высказывание, сполна характеризующее его политическое кредо: «Я до сих пор ни перед кем не гнул шею и не позволю моему народу делать это».

Возможная потеря США своего влияния в Пакистане может ударить по интересам Вашингтона во всех близлежащих регионах Евразии. В числе конкретных задач, решения которых добиваются Соединенные Штаты, эксперты называют срыв проекта газопровода «Пакистанский поток», который, кстати говоря, был одной из центральных тем обсуждения в ходе визита Имрана Хана в Москву. Кроме того, США рассчитывают, что с помощью Исламабада они ослабят позиции России на южных рубежах ее традиционного влияния в Центральной Азии. В том числе и посредством использования традиционно сильного влияния самого Пакистана на Афганистан, находящийся в данный момент под властью движения «Талибан».

 

Шахбаз Шариф на арене

США опираются на те политические и военные круги Пакистана, которые уже несколько десятилетий тесно связаны с элитами Соединенных Штатов и Европы. Отсюда и была ставка Вашингтона на оппозицию Имрану Хану, вернее - ее наиболее влиятельные силы в лице ранее правивших страной партий. Это Пакистанская мусульманская лига, руководимая представителями семьи Шарифов, один из которых, Шахбаз Шариф, родной брат экс-премьера Наваза Шарифа, возглавлял оппозицию в Национальном собрании, и Пакистанская народная партия, управляемая известной политической династией Бхутто.

Запустив механизмы своего влияния на отдельных пакистанских политиков, США, судя по всему, таким образом удалось добиться раскола возглавляемой Имраном Ханом коалиции. Однако это не сразу обеспечило уход самого Хана из власти. Ему и его сторонникам, казалось бы, уже удалось расстроить намеченное голосование по вотуму недоверия правительству в Национальном собрании. С объявленным президентом роспуском нижней палаты парламента и анонсированием проведения внеочередных выборов у Имрана Хана появлялся серьезный шанс продлить свое пребывание у власти.

Однако подобный ход событий расстроил Верховный суд Пакистана, куда оппозиционные партии подали иск в связи с незаконностью отмены голосования по вотуму недоверия и роспуску парламента страны. В итоге высшая судебная инстанция страны признала противоречащими Конституции решение о роспуске Национального собрания и отмену голосования по вотуму недоверия премьер-министру Имрану Хану.

Практически незамедлительно в парламенте было проведено не сложившееся в пользу Имрана Хана голосование по вотуму недоверия. И вслед за этим - голосование за кандидатуру нового премьера. Им стал Шахбаз Шариф, в поддержку которого высказалась ставшая большинством оппозиционная часть парламента.

Так в Пакистане произошла смена правительства. Вместо Имрана Хана, который пришел к власти четыре года назад под лозунгами социальных реформ, устранения коррупции, укрепления независимости Пакистана, а по сути - вытеснения прежней правящей политической элиты, на премьерском посту оказался типичный представитель последней. Восхождению Шахбаза Шарифа, выходца из влиятельной семьи Шарифов, не помешало то, что еще в прошлом году он, ранее главный министр крупнейшей провинции Пенджаб, был отпущен судом под залог после громкого коррупционного дела. Как не помешала этому и неоднозначная репутация его знаменитого брата, проживающего ныне в Лондоне экс-премьера Пакистана Наваза Шарифа, который ранее также был отпущен под залог после тюремного заключения по обвинению в коррупции.

Между тем в смене правительства не последнюю роль сыграла, судя по всему, позиция армейского командования. Пакистанская армия традиционно выступает самым влиятельным государственным институтом. На ее счету неоднократные акты свержения гражданских правительств. Кроме того, она использует и несиловые ресурсы влияния на формирование власти той или иной политической силы. Считается даже, что именно армейские круги поддержали в 2018 году приход Имрана Хана к власти. Но в нынешних условиях ему, похоже, не удалось заручиться поддержкой генералитета. Прежде всего из-за фактора традиционно сильных в армейских кругах прозападных настроений.

Так, против внешней политики Имрана Хана выступил один из наиболее влиятельных военачальников Пакистана - начальник штаба сухопутных войск генерал Камар Джавед Баджва. Выразив недоумение по поводу того, что правительство Имрана Хана не осудило действия России в Украине, он заявил о важности стратегических уз Пакистана с США.

После вотума недоверия Имрану Хану десятки, если не сотни, тысяч его сторонников вышли на акции протеста в пакистанских городах, включая столицу Исламабад. Сам он, теперь уже в статусе бывшего премьера, выступает за немедленное проведение внеочередных парламентских выборов как единственный способ  определить - «кого народ хочет видеть своим премьер-министром».

В любом случае окончательное преодоление политического кризиса, вне зависимости от того, какая из системных сил будет в дальнейшем управлять Пакистаном, представляется приоритетом текущего момента. Особенно с учетом наличия в стране серьезных экономических и социальных проблем, равно как и угроз, исходящих от экстремистских и террористических организаций. Пакистан - мощное в военном отношении государство, обладающее ядерным оружием, играющее важную роль в евразийской и глобальной политике, представляющее огромную ценность для своих стратегических союзников, в числе которых особое место занимают Турция и Азербайджан, не может позволить себе «привилегию» на расслабление.



РЕКОМЕНДУЙ ДРУЗЬЯМ:

23
Актуально