25 Мая 2019

Суббота, 20:51

ВАЛЮТА

ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ БАКИНЕЦ

Фуад АХУНДОВ: "Хочу увидеть в Баку ультрасовременные трамваи-гусеницы, велосипедные дорожки. Мечтаю грести на байдарке в Бакинской бухте"

Автор:

18.03.2019

Он популярен. В Баку его узнают, можно сказать, все. С ним здороваются прохожие, задают ему вопросы, просят сфотографироваться. Он же - улыбчиво приветлив, предельно внимателен, дружелюбен и невероятно харизматичен! Его экскурсии пользуются большим успехом у туристов. Он создал цикл лекций, которые информационно не укладываются в экскурсионные маршруты и требуют самостоятельной жизни. Это - результат многолетнего исследовательского труда, который основан на искренней любви к своему городу. Если вы, поздоровавшись с ним, зададите вопрос по поводу архитектурных домов и их владельцев, то сначала получите исчерпывающий ответ, а потом извинения: за то, что в данный момент не может подкрепить рассказ наглядным пособием из его архивного портфеля. 

Фотографии фамильных домов, людей, театральных и общественных зданий: жизнь конца XIX - начала XX века! Он, сокрушаясь, говорит о своем глубочайшем сожалении по поводу того, что в Баку давно перестали строить именные дома; грустя, мечтает о возможности снимать документальное кино, которое может стать банком исторических данных для будущих поколений. Он влюблен в поэзию, воспевающую Баку! Обладая хрипловатым тембром голоса, великолепно читает стихи, из которых, кажется, давно пора сложить концертную программу, потому что Маяковский, Есенин в его исполнении звучат не хуже, чем у Сергея Безрукова. Есть в контексте экскурсионных тем стихи Александра Городницкого и Джавида Имамвердиева. А еще - он прекрасный исполнитель песен в стиле городского романса! И все это - Фуад Ахундов: наш соотечественник, влюбленный в культуру ментальных, архитектурных, исторических и этнических особенностей города. Впрочем, это не влюбленность. Влюбленность, как известно, чувство недолговечное: появится и упорхнет мотыльком в неизвестном направлении. Чувства автора экскурсионных туров по биографическому прошлому и настоящему Баку гораздо глубже и стабильнее. Похоже, что эти чувства взаимны, и они навсегда.

 

Хранитель памяти

Фуад Ахундов - автор популярных телепередач "Тайны Баку", экскурсионных туров и лекций о Баку и выдающихся бакинцах, документальных фильмов о людях, ставших легендой и исторической гордостью города. 12 лет назад переехал в Канаду. С тех пор живет между Торонто и Баку. А оставаясь бакинцем по духу, стилю и образу жизни, отдает предпочтение родному городу.

- Вас называют историком, ученым-исследователем и самым лучшим гидом города. Как вы сами определяете род своих занятий?

- Я ни в коем случае не отношу себя к историкам и уж тем более к ученым! Ничего роднящего между тем, чем занимаюсь я, и изысканиями ученых в такой серьезной науке, как история, нет! Я всего лишь исследователь, любитель, если хотите - дилетант. 

- У вас много маршрутов по объектам архитектурного, биографического прошлого и настоящего Баку. Вам самому не скучно много лет подряд рассказывать одно и то же?

- Да. Наступает момент, когда я чувствую: тема меня больше не вдохновляет. Тогда беру тайм-аут для пополнения базы данных. А это и фотографии, и биографические подробности каждого отдельно взятого дома и человека, рассказы родственников, архивные документы… Все это требует временных затрат, разумеется.

Любая тема в его интерпретации всегда превращается в виртуозный мини-спектакль. Кто хоть однажды побывал на его экскурсиях и лекциях, слышал, а точнее сказать - видел его рассказы, тот знает, насколько артистично и увлекательно он подает материал. При этом он органично вплетает в канву рассказа стихи поэтов, воспевавших Баку в разные времена, цитатные отсылки к Толстому, Достоевскому и многим другим.

- Вы популярны как кинозвезда, у вас масса поклонников, желающих сделать селфи с вами. Не раздражает?

- Зависит от обстоятельств. Но, как правило, я стараюсь никогда не отказывать тем, кто обращается с просьбой сделать фото на память.

- Маршрутов масса по Баку, биографии бакинцев. Есть ли самый любимый?

- Один из самых любимых маршрутов - "Баку Али и Нино". Этот феноменальный роман, с момента моего первого прочтения в неизданном формате в 1997 году, не оставляет мои мысли и чувства. Я, перечитывая его, каждый раз нахожу новые интереснейшие подробности и детали, которых не замечал прежде. Это не просто роман о любви мусульманина и христианки. Он гораздо шире этого. На фоне их развивающихся отношений - история города, история людей, история этнической культуры, национальных особенностей, нравственных понятий. Автором или авторами (если предположить, что авторство принадлежит и Льву Насимбауму, и Юсиф Везиру Чеменземинли) даются потрясающей силы эмоционального и культурологического значения детали и подробности. Надо только уметь замечать это!

- Тогда скажите, почему Али на выпускном балу в доме Тагиева уступает свой танец с Нино Ильяс беку? И именно Ильяс бек, а не Али в танце кинжалом прикалывает платок Нино к полу? А ведь любому, родившемуся на Кавказе, понятен этот двойной, метафорический, смысл ритуала…

- А вы помните, что по этому поводу сообщает нам Али?

- Не уверена…

- Вот! "Я позабыл упомянуть об одной вещи, - говорит Али, - перед танцем мы с Ильяс беком обменялись кинжалами. Так что это мой клинок пронзил платок Нино. Излишняя предосторожность никогда не повредит. Не зря ведь в старину мудрые люди говорили: "Прежде чем поручить верблюда покровительству Аллаха, покрепче привяжи его к ограде". А? Каково? А ведь это значит, что Али…

- Нет-нет! Прошу вас не раскрывать скрытого смысла этой метафоры! Оставим это для наших читателей. Кто-то перечитает роман еще раз, а кто-то пойдет вместе с вами по следам истории любви христианской девушки Нино и мусульманина Али и услышит от вас расшифровку этого закодированного послания окружающим! Не будем лишать их этой радости открытий! Скажите лучше, как к вам в 1997 году попал этот роман в машинописном варианте?

- Роман, прежде чем в 1992 году попасть в Азербайджан, совершил географическое путешествие длиною в 55 лет. Схема продвижения по миру, в ее хронологической последовательности, выглядела так: Вена - Лондон - Нью-Йорк - Стамбул - Мюнхен и, наконец, Баку! Мне дали его для прочтения братья Хумани, которые были первыми, кто пожелал экранизировать роман, для чего привезли сюда съемочную группу голландцев. Проект так и не был осуществлен, а я, прочтя роман, навсегда попал в плен оживших событий начала XX века.

- Что вы, как исследователь биографии города, почувствовали после его прочтения?

- Я услышал жизнь города, отправившись вслед за Али из его дома, через ворота Цицианишвили, мимо дома Ашума спустился на Барятинскую, прошел мимо кафе Филиппосьянца (теперь в этом доме салон "Роллс-Ройс") и оказался у дома Зейнал аги Тагиева. Именно в этом доме и жил его друг Ильяс бек, именно здесь и проходил выпускной бал одноклассников Али и Ильяса!

- В романе описание улиц, домов, людей имеет документальное подтверждение?

- Картографически точное указание домов, улиц, строений. Например: клуб, казино (ныне филармония), лицей Святой Тамары (школа №134), дом Гаджи Зейналабдина Тагиева (Музей истории Азербайджана) и т.д. Я попытался вычислить дом Али. Он выстроен в Крепости и принадлежал семье Ханларовых. К слову, там и сейчас проживают наследники Ханларовых. В романе упоминаются реальные люди - Зейнал ага Тагиев, Муса Наги, братья Асадуллаевы… Эпизодически, мельком появляются они в канве сюжета, но это реальные, а не выдуманные персонажи! И они действительно жили в этом городе!

- Фуад, вы таинственны, как герой фильма "Железная маска". Поклонники вашего исследовательского творчества создают о вас мифы. Например, говорят, что в недавнем прошлом вы - знаменитый "сыскарь", который гонялся за преступниками по всему миру…

- Да ничего подобного! Я был простым переводчиком. Начинал как преподаватель в школе. А свой опыт экскурсий обретал, начав работать с детьми: учениками школы №189… Они и стали, если хотите, подопытными кроликами, на которых я отрабатывал практический метод подачи смонтированного из добытой информации материала!

- У вас, я заметила, огромная база постоянно пополняющихся данных, в том числе и фотографий. Нет ли в планах систематизировать все это и перевести в книжный формат?

- Иногда мысль о книге появляется. Но сейчас я не готов к тому, чтобы вести конкретный разговор по этому поводу.

- Ваше погружение в прошлое - это что: способ сбежать от реальности или ментальные игры с нею?

- Ни то ни другое. Я просто нахожу в прошлом некую зону комфорта, хотя отнюдь не склонен его идеализировать.

- Когда вы остаетесь один на один с собой, о чем ваши мысли? 

- О сне! (Смеясь). Очень люблю спать. Сон - одно из величайших благ человеческой жизни.

- О чем ваши страхи?

- Я консерватор и конформист. Очень не люблю радикальных изменений в том жизненном ритме, цикле и раскладе, к которому я приспособился.

- Для вас гармоничные отношения с действительностью - это что?

- Наверно, умение принимать действительность такой, какая она есть, и извлекать из этой действительности пользу для себя.

- О чем ваши мечты? 

- Мечты разноплановые и по большей части очень прозаичные. Обо всех не расскажешь. Ну, к примеру, хочу увидеть в Баку ультрасовременные трамваи-гусеницы, велосипедные дорожки. Мечтаю грести на байдарке в Бакинской бухте. (Смеясь). Тогда отпадет последняя потребность в Торонто.

- Чего вы хотите лично для себя?

- В принципе то, что имею…

Мы не стали настаивать на развитии этой темы, помня, что жизнь его трансформирована судьбоносными перипетиями и поделена на периоды "до" отъезда в Канаду и "после". Впрочем, и это было не главным в постижении образа человека, которому посвящают стихи, которого любят и уважают за его верность, неизменную и преданную любовь к Баку и бакинцам, культуре нравственных ценностей, остающейся с нами навсегда, за неустанную популяризацию всего того, что мы называем ценностями мультикультурализма. Его мысленно можно назвать Хранителем памяти, потому что почти четверть века он неустанно сеет в умах и сердцах соотечественников те зерна правды об их предках, которые не позволяют им превратиться в "манкуртов", не помнящих своего родства.

- С чем связаны ваши частые поездки в разные страны: с тягой к перемене мест? Смене антуража?

- Нет. Цель этих поездок - бакинцы, живущие в разных странах. Им я читаю лекции о Баку и бакинцах XIX-XX веков. Наши соотечественники живут в разных странах мира, и форма лекционного общения с ними позволяет не утратить то, чем мы так дорожим: общее культурологическое наследие. У нас у всех один и тот же диагноз - "бакинство". А "бакинство" - это форма тяжелого "заболевания", которая не лечится ни Веной, ни Торонто, ни Парижем. Эта форма заболевания неизлечима.

- А как вы сами относитесь к Фуаду Ахундову: исследователю, хранителю и человеку?

- Это вопрос! (Смеясь). Не люблю акцентировать внимание на себе любимом.

Он говорил о своих героях: домах, людях, их делах и судьбах, сыпал подробностями о развитии той или иной области человеческой деятельности Баку начала ХХ века, с гордостью констатируя факты технологических новшеств, благодаря которым мы теперь имеем документальные подтверждения тому, как тогда выглядел наш Баку с высоты аэропланной съемки… А потом, восхищаясь азербайджанскими женщинами, которые стали предметом его исследовательской лекции "Первые леди старого Баку", говорил о тех из них, кто оставил след в истории бакинской городской культуры. И это было так увлекательно и интересно: это профессионал высокого класса, влюбленный в свое дело человек, которому было предначертано свыше - стать Хранителем…



РЕКОМЕНДУЙ ДРУЗЬЯМ:

11