ЭРА «КОРОЛЯ СЕВЕРА»

Смена премьер-министра Великобритании летом 2026 года стала одним из наиболее неожиданных событий в британской политике последних лет. Менее чем через два года после убедительной победы Лейбористской партии на парламентских выборах Кир Стармер был вынужден уйти в отставку под давлением собственной парламентской фракции. 

Новым британским премьером 20 июля стал Энди Бёрнем, который в качестве первоочередной задачи обозначил восстановление доверия к Лейбористской партии и прекращение стремительного падения ее общественной поддержки. 

Католик и «король»

Кстати, Бёрнем стал первым в истории страны премьером-католиком. Он вырос в семье с ирландскими католическими корнями, получил образование в католических школах и неоднократно подчеркивал, что католическое социальное учение оказало существенное влияние на формирование его политических взглядов. При этом Бёрнем характеризует себя, скорее, как «культурного католика», а не строго практикующего верующего.

Как известно, победа лейбористов в 2024 году во многом стала следствием усталости британского общества от многолетнего правления консерваторов. Кир Стармер сумел убедить избирателей, что способен вернуть британской политике стабильность после череды сменявших друг друга премьер-министров и внутрипартийных кризисов Консервативной партии. Однако, оказавшись у власти, новое правительство столкнулось с гораздо более сложной реальностью. Экономический рост оставался слабым, государственные финансы требовали жесткой бюджетной дисциплины, кризис стоимости жизни продолжал оказывать давление на население, а Национальная служба здравоохранения испытывала хронический дефицит ресурсов. 

Одновременно усиливались общественные опасения по поводу нелегальной миграции и безопасности границ. На этом фоне стремительно росла популярность партии Reform UK во главе с Найджелом Фараджем, которая все успешнее привлекала протестный электорат. Напомним, что Фарадж является архитектором брексита, а Стармер всячески пытался убедить британцев в ошибочности данного шага. В этом смысле успех Reform UK можно рассматривать как один из наиболее наглядных индикаторов политического кризиса, в котором оказались лейбористы.

В результате уже к середине 2026 года внутри Лейбористской партии сформировалось убеждение, что сохранение Стармера во главе правительства создает серьезные риски для следующих парламентских выборов.

На этом фоне выбор Энди Бёрнема не был случайным. На протяжении почти двух лет он оставался вне национальной политики, занимая пост мэра Большого Манчестера. В отличие от большинства министров правительства Стармера Бёрнем не ассоциировался с непопулярными решениями кабинета и не нес политической ответственности за снижение рейтингов партии.

Более того, именно его положение регионального лидера превратилось в важное политическое преимущество. За годы руководства Манчестером Бёрнем приобрел репутацию эффективного администратора, сумевшего добиться дополнительных полномочий для региона и неоднократно вступавшего в публичные споры с центральным правительством в защиту интересов Северной Англии.

Другими словами, партия получила возможность привести к власти политика, который одновременно являлся частью лейбористского истеблишмента, но воспринимался обществом как относительно «новое лицо».  Хотя в политике Бёрнем не новичок и полтора десятка лет назад, когда лейбористы были у власти, занимал должность министра здравоохранения Соединенного Королевства.

Несмотря на то, что Стармер и Бёрнем принадлежат к умеренному крылу Лейбористской партии и выступают за активную социальную роль государства в экономике, их подходы к реализации этой политики существенно различаются. Энди Бёрнем представляет совершенно иной тип британского политика. Его политическая карьера в последние годы была тесно связана с региональным управлением, что сформировало другой стиль общения с обществом. Он значительно свободнее ведет публичные дискуссии, чаще апеллирует к социальным проблемам и гораздо активнее использует эмоциональную аргументацию. Именно поэтому многие британские наблюдатели называют его политиком, значительно лучше чувствующим общественные настроения, чем Стармер. 

Интересная деталь. За годы руководства Большим Манчестером Бёрнем приобрел общенациональную известность и неофициальное прозвище «Король Севера». Оно закрепилось за ним в период пандемии, когда он открыто противостоял центральному правительству, добиваясь дополнительной поддержки для Манчестера и других северных районов Англии.

Реформы

Бёрнем уже много лет выступает за передачу значительной части полномочий крупным городским агломерациям и регионам. Его политическая философия исходит из того, что чрезмерная централизация снижает эффективность государственного управления, тогда как расширение полномочий Манчестера, Ливерпуля, Бирмингема, Лидса и других крупных городов способно стимулировать экономическое развитие и сократить региональные диспропорции.

В этой связи одним из центральных элементов новой политической повестки стало не столько увеличение государственных расходов, сколько перераспределение управленческих полномочий внутри страны. 

Еще одним направлением корректировки курса стало изменение политической стратегии в отношении быстро растущей Reform UK. По мнению Бёрнема, конкурировать с правыми партиями на их собственном поле практически невозможно. Поэтому Лейбористская партия должна сосредоточиться на тех темах, которые традиционно составляли основу ее электоральной поддержки, - развитии Национальной службы здравоохранения, строительстве доступного жилья, улучшении качества государственных услуг, повышении уровня жизни и сокращении регионального неравенства. 

Фактически Бёрнем призван решить сразу две задачи: восстановить доверие традиционного лейбористского электората и одновременно вернуть партии имидж силы, способной предлагать позитивную программу развития, а не только реагировать на кризисы. Уже в первые дни после вступления в должность Бёрнем постарался продемонстрировать смену политического стиля. Помимо обещаний снизить стоимость жизни правительство объявило об отмене ряда сборов в счетах за электроэнергию для домохозяйств, сохранении предельной стоимости автобусных билетов, снижении налоговой нагрузки на пабы, клубы и концертные площадки. А также представило национальную программу борьбы с бездомностью, основанную на принципе Housing First («Жилье прежде всего»). 

Одновременно Бёрнем заявил о намерении активнее проводить региональную политику, расширяя полномочия местных властей и стимулируя реиндустриализацию северных областей страны. Тем самым новый премьер стремится показать, что Лейбористская партия возвращается к решению повседневных проблем граждан и вновь способна предлагать долгосрочную позитивную повестку развития. 

Успех этой стратегии будет зависеть от того, сможет ли новое правительство добиться ощутимых результатов быстрее, чем протестные настроения окончательно консолидируются вокруг Reform UK.

Внешняя политика без изменений

Во внешней политике ожидать радикального пересмотра британского курса вряд ли приходится. Независимо от смены премьер-министра Лондон сохраняет преемственность по ключевым вопросам национальной безопасности, поскольку основные направления внешней политики традиционно формируются при широком межпартийном консенсусе. Поэтому приход Энди Бёрнема, скорее всего, приведет не к изменению стратегических целей Великобритании, а к корректировке отдельных акцентов и дипломатического стиля.

Одним из главных приоритетов нового правительства, вероятно, станет восстановление более тесных отношений с Европейским союзом. В отличие от консерваторов лейбористы не рассматривают брексит как инструмент дальнейшего политического размежевания с континентальной Европой. 

Вместе с тем рассчитывать на возвращение Великобритании в ЕС также не приходится. Общественное мнение остается слишком поляризованным, а повторное открытие вопроса о членстве способно лишь усилить позиции Reform UK и других евроскептических сил. Поэтому наиболее вероятным сценарием станет постепенное расширение сотрудничества с Брюсселем в сфере торговли, науки, обороны, энергетики и миграционной политики без пересмотра итогов брексита.

Особое значение для нового правительства будут иметь отношения с Соединенными Штатами. Несмотря на традиционно союзнический характер англо-американского партнерства, взаимодействие кабинета Кира Стармера с администрацией Дональда Трампа трудно назвать безоблачным. Разногласия периодически возникали по вопросам торговой политики, климатической повестки, подходов к европейской безопасности и методов урегулирования ряда международных кризисов. Хотя стратегический характер двустороннего союза не ставился под сомнение, политический диалог нередко сопровождался взаимной критикой и заметной разницей в позициях.

По украинскому вопросу принципиальных изменений также ожидать не следует. Великобритания наверняка сохранит курс на всестороннюю военно-политическую поддержку Киева, рассматривая российско-украинский конфликт как один из ключевых вызовов европейской безопасности. 

Вместе с тем возможно несколько большее внимание к вопросам послевоенного восстановления Украины, долгосрочных гарантий безопасности и поиску дипломатических механизмов урегулирования после завершения активной фазы боевых действий. 

Несколько сложной для нового правительства станет ближневосточная повестка. Кабинет Кира Стармера подвергался критике как со стороны сторонников Израиля, так и пропалестинских организаций, и Бёрнему придется искать более сбалансированный подход. 

Что касается Ирана, то здесь пространство для маневра у нового правительства также остается ограниченным. Лондон вряд ли пересмотрит свою жесткую позицию по вопросам иранской ядерной программы, развития ракетных технологий и деятельности поддерживаемых Тегераном вооруженных группировок на Ближнем Востоке. Но при этом правительство Бёрнема, пожалуй, будет в большей степени заинтересовано в предотвращении дальнейшей региональной эскалации и сохранении дипломатических каналов взаимодействия, понимая, что полномасштабная конфронтация с Ираном способна нанести серьезный ущерб мировой экономике, энергетическим рынкам и безопасности морских коммуникаций.

Таким образом, внешняя политика нового правительства, судя по всему, будет сочетать высокую степень стратегической преемственности с более прагматичным и менее конфронтационным стилем дипломатии. Главной особенностью курса Энди Бёрнема, надо полагать, станет стремление укрепить отношения с европейскими партнерами, не ослабляя союз с США, сохранить поддержку Украины, одновременно активизировав дипломатические усилия на Ближнем Востоке. Иначе говоря, можно утверждать, что будет не смена внешнеполитической стратегии Великобритании, а попытка сделать ее более гибкой, предсказуемой и ориентированной на снижение международной напряженности.