СОЮЗНИКИ НА ЛИНИИ РАЗЛОМА

Набирает обороты серьезный дипломатический кризис между Киевом и Варшавой. Этот спор по вопросу истории содержит и очевидную геополитическую подоплеку.

Ордена раздора

Все началось с решения президента Украины Владимира Зеленского присвоить одному из подразделений ВСУ почетное наименование «Героев Украинской повстанческой армии» (УПА). Это вызвало недовольство в Польше, где отношение к УПА крайне негативное.

В 2016 году польский Сейм признал геноцидом убийство почти 100 тыс. поляков на Волыни и в Восточной Галиции в годы Второй мировой войны. Виновной в этом военном преступлении была объявлена УПА. В Украине всегда отвергали подобные обвинения, делая акцент на обоюдном характере насильственных действий. Но главное - украинцы оценивают УПА сквозь призму ее вклада в борьбу за независимость страны, с чем и связаны почетные наименования в честь этой армии.

Реагируя на решение Зеленского о присвоении имени УПА элитному подразделению ВСУ, президент Польши Кароль Навроцкий объявил о лишении украинского лидера ордена Белого орла. Это высшая государственная награда Польши, которую тот получил в 2023 году. В свою очередь Зеленский не замедлил отправить орден обратно, в Польшу. Показательно, что от польской награды добровольно, в знак протеста против решения Навроцкого, отказались награжденные ею в свое время экс-президенты Украины Леонид Кучма, Виктор Ющенко и Петр Порошенко.

История с отказом от орденов дополнилась аналогичным шагом вице-спикера польского Сената Михала Каминьского. Он принял решение вернуть Украине две присужденные ему награды, «поскольку украинские власти и значительная часть политических элит до сих пор не смогли добиться однозначного осуждения волынских преступлений и массовых убийств польских граждан».

Киев предпринял попытку уладить конфликт, отправив в Польшу главу офиса президента Украины Кирилла Буданова. Однако визит своей цели не достиг, так как польские власти стали настаивать, чтобы из названия украинского военного подразделения убрали наименование УПА. Кстати, вскоре после визита в Варшаву Буданов также отказался от Золотого офицерского креста ордена «За заслуги перед Польшей», которым был награжден в прошлом году президентом Навроцким. 

Достаточно жесткую позицию Украины выявило и заявление ее министра иностранных дел Андрея Сибиги. В нем содержится призыв к Польше проявить сдержанность с указанием того, что Украина будет реагировать на действия, которые сочтет недружественными или пренебрежительными в свой адрес.

Следующим сюжетом польско-украинского кризиса стало решение Зеленского об отмене поездки в Польшу для участия в Международной конференции по восстановлению Украины. Конференция, состоявшаяся 25-26 июня в городе Гданьск, прошла без него. Делегацию Украины возглавляла премьер-министр Юлия Свириденко.

На конференцию не был приглашен и президент Польши Навроцкий. СМИ сообщают, что соответствующее решение принято не только Зеленским, но и - что весьма примечательно - премьер-министром Польши Дональдом Туском. Туск - главный политический оппонент Навроцкого, а возглавляемая премьер-министром правящая либеральная коалиция соперничает с националистическим лагерем, выдвиженцем которого является президент Польши. Туск, пусть и косвенно, но дает понять о своем несогласии с решением Навроцкого лишить Зеленского высшего польского ордена.  И, в целом, польский премьер пытается играть примирительную роль, во всяком случае налицо его стремление сгладить нарастающий конфликт.

Накануне конференции в Гданьске Туск назвал отказ Зеленского от участия в ней «жестом в сторону деэскалации напряжения». Он охарактеризовал конфликт между политиками Польши и Украины как «стратегическую ошибку, которая нанесет ущерб обеим сторонам с точки зрения бизнеса, геополитики и репутации». Поэтому, призвал Туск, «задача президентов Зеленского и Навроцкого - унять эмоции, а не нагнетать напряженность. Линия фронта проходит в другом месте».

Под «линией фронта» Туск, несомненно, имеет в виду войну России с Украиной. За годы этой войны отношения Киева и Варшавы приняли союзнический характер. Западное оружие именно через польскую территорию доставляется в Украину - это единственный маршрут оказания ей военной и военно-технической помощи. Поэтому в Украине и Польше и в целом на Западе резонно задаются вопросом: к каким последствиям может привести похолодание в отношениях между Киевом и Варшавой? Не станет ли Польша чинить препятствия этим жизненно важным для Украины поставкам?

Во всяком случае в Польше уже раздаются голоса, призывающие к прекращению поддержки Украины. В частности, ультраправый националист Славомир Менцен, который на последних президентских выборах заручился поддержкой 14% избирателей, посетовал на то, что поляки свои ордена «раздавали как конфеты», и призвал украинских деятелей, «как только они вернут все награды», «вернуть также деньги, оружие, боеприпасы и все остальное, что мы им ранее предоставили».

Кроме того, Польша, как и любая другая страна, входящая в Евросоюз, обладает правом вето при принятии решений, в том числе и по вопросу приема новых членов. Не станет ли она, пользуясь этим своим правом, тормозить процесс вступления Украины в ЕС? Особенно в момент, когда в ЕС активно обсуждается тема возможного ускоренного приема воюющей восточноевропейской страны.

«Мощный игрок на пороге»

Между тем и в Польше, и в Украине есть обеспокоенность, что разногласия между ними могут сыграть на руку России. Об этом, в частности, заявили польский премьер Туск и глава украинского МИД Сибига.

Обращают на себя внимание и отдельные высказывания президентов Зеленского и Навроцкого, свидетельствующие об отсутствии у них намерения каким-либо образом ослабить фактически сложившийся военный союз. Навроцкий подчеркнул, что решение лишить Зеленского ордена Белого орла «не означает изменения стратегического курса польской политики в области безопасности». Он дал понять, что Варшава будет и дальше поддерживать Украину, «потому что мы знаем, что российская агрессия представляет угрозу безопасности Польши и всей Европы». 

Зеленский также уверен в том, что Украина и Польша не могут быть «никем иным, как партнерами и друзьями». Тем не менее эскалацию пока не получается повернуть вспять. И, похоже, нет гарантий того, что спор вокруг исторических вопросов удастся удержать в рамках, не угрожающих стратегической задаче укрепления двусторонних отношений. Более того, несмотря на кажущуюся сугубо историческую подоплеку кризиса, очевидно, что противоречия между Польшей и Украиной имеют геополитическое содержание.

Киев отстаивает позицию, в соответствии с которой его видение истории должно восприниматься западными союзниками как должное. А именно - с учетом реалий войны, которую страна ведет во имя своей независимости и территориальной целостности. В то же время Украина требует, чтобы ее воспринимали как равную и даже привилегированную сторону в контексте европейской интеграции. Опять же с учетом того, что именно она находится на передовой противодействия России - экзистенциального противника Запада.

Что же касается Польши, то она отстаивает неприемлемость для нее любых действий, задевающих историческую память поляков. Пусть даже они исходят от страны, с которой у Польши союзнические отношения, укрепившиеся в горниле сопротивления Украины российскому вторжению. Но дело не только в этом.

У Польши собственные запросы относительно своего участия в европейской интеграции - запросы, явно свидетельствующие об амбициях на одну из лидирующих ролей в ЕС. С логикой этих амбиций не увязывается превращение Украины в самую боеспособную европейскую державу. И судя по всему, фактор существенного усиления Украины в системе европейской безопасности и политики задевает интересы не только Польши.

Уместно привести в этой связи высказывание бывшего главы украинского МИД Дмитрия Кулебы, что «европейские лидеры были ошеломлены ударами Украины по Москве. Сказать, что они были впечатлены, - ничего не сказать. Но мне рассказали, что некоторые лидеры напуганы силой Украины. Они стратегически видят, какой мощный игрок появляется у них на пороге».

Действительно, анализ политики как ЕС в целом, так и его ведущих стран в частности показывает, что в Брюсселе, а также в Париже, Берлине, Риме и других влиятельных европейских столицах, включая Варшаву, опасаются одной перспективы. Того, что из войны с Россией Украина выйдет державой, способной влиять на всю конфигурацию европейской и трансатлантической безопасности. В этой конфигурации европейским тяжеловесам, таким как Франция и Германия, придется потесниться, причем с риском основательно лишиться своих традиционно доминирующих позиций в Старом Свете.

Опять же обратимся к истории. Она подсказывает, что ведущие государства Европы, особенно те, которые выступают в роли ключевых континентальных центров или претендуют на таковую, традиционно не воспринимают «ошеломительные удары» в исполнении стран (пусть даже и европейских) «не равной» им, великим державам, категории. В этом смысле перед Украиной маячит перспектива упорной борьбы за преодоление «ошеломленности» Европы. Одной из площадок этой борьбы, судя по всему, и выступает исторический спор с Польшей, все более допускаемой европейским правящим классом в круг лидеров ЕС.