ПРИВЕТ ИЗ ПРОШЛОГО

Еще совсем недавно казалось, что спор вокруг Фолклендских или, как их называют в Аргентине, Мальвинских островов окончательно перешел в разряд тех конфликтов, о которых говорят, когда хотят вспомнить что-то из прошлого. После войны 1982 года минуло более четырех десятилетий. Острова оставались под британским контролем, Аргентина продолжала считать их своими, но сам спор давно воспринимался, скорее, как наследие другой эпохи, чем как источник нового международного кризиса.

Однако в начале сентября 2026 года Фолкленды неожиданно вновь вернулись в большую политику.

Всему причиной - нефть

Напряженность вокруг островов достигла уровня, которого давно не наблюдалось. Причем причиной нового обострения стал уже не столько спор по поводу принадлежности островов, сколько нефть, которая залегает в прилегающей акватории и может существенно изменить их экономическое и стратегическое значение.

Президент Аргентины Хавьер Милей 3 сентября объявил о резком ужесточении политики в отношении компаний, участвующих в разработке нефтегазовых ресурсов вокруг архипелага. Буэнос-Айрес намерен расширить санкции на акционеров, руководителей и поставщиков таких компаний, усилить военное присутствие на юге страны и ускорить развитие военно-морской инфраструктуры на Огненной Земле. Освоение природных ресурсов островов без согласия Аргентины Милей предложил рассматривать уже не просто как спорную хозяйственную деятельность, а как угрозу национальным интересам страны.

Показательно, что одними заявлениями Буэнос-Айрес не ограничился. 7 сентября правительство объявило о подготовке уголовной жалобы против компаний, участвующих в разработке залежей нефти. На следующий день дело получило дальнейшее развитие. Аргентинские власти официально начали юридическое наступление, обвиняя компании и их руководителей в работе по лицензиям, которые Буэнос-Айрес считает незаконными. Таким образом, конфликт довольно быстро из политической риторики перешел в область силового давления.

В центре всей этой истории находится Sea Lion - крупное нефтяное месторождение в 220 км к северу от Фолклендов. Оно было открыто еще в 2010 году, но настоящий ажиотаж вокруг него начался 10 декабря 2025 года, когда Navitas Petroleum и британская Rockhopper Exploration приняли инвестиционное решение о его разработке. Navitas принадлежит 65% проекта, Rockhopper - 35%. 

За последние месяцы их планы стали еще более амбициозными. В мае разработчики сообщили о возможности подключения второго плавучего комплекса, способного значительно увеличить будущие производственные мощности, а в августе Rockhopper подтвердила планы ускоренного освоения центральной части Sea Lion. Если они будут реализованы, к концу десятилетия речь пойдет уже не об одном изолированном нефтяном проекте, а о формировании вокруг Фолклендов полноценного нового нефтедобывающего района.

Именно поэтому аргентинские власти так всполошились. Каждый новый шаг по практической разработке месторождения означает, что время начинает работать против Аргентины. Пока нефть остается под морским дном, Буэнос-Айрес еще может пытаться затормозить проект. Но с появлением нефтяной инфраструктуры, многомиллиардных инвестиций и первых поставок сделать это будет уже гораздо сложнее.

Трамп в помощь

Есть у этой истории один важный нюанс. Решение о разработке Sea Lion было принято еще в декабре прошлого года. Почему же такая жесткая реакция Милея последовала только сейчас? Дело в том, что за это время изменился политический фон вокруг Фолклендов, а именно отношения между США и Великобританией.

24 апреля стало известно о внутреннем документе Пентагона, подготовленном на почве разногласий США с европейскими союзниками из-за войны с Ираном. Среди возможных мер давления на страны, отказавшиеся активно поддержать американскую операцию, неожиданно возник пересмотр позиции Вашингтона по Фолклендам.

Поначалу речь шла лишь о внутренних обсуждениях. Но 31 августа вопрос впервые вышел на публичный уровень, когда Дональд Трамп подтвердил, что американская позиция действительно пересматривается. Это, конечно, не означает, что Белый дом становится на сторону Аргентины, но для Буэнос-Айреса это стало важным сигналом, что вопрос, в котором США десятилетиями сохраняли удобный для Лондона статус-кво, неожиданно оказался предметом возможного торга между двумя союзниками. 

В Вашингтоне явно недовольны оборонными расходами Великобритании. В конце августа американские представители вновь связывали возможный пересмотр отношения к Фолклендам с выполнением Лондоном обязательств по увеличению расходов на оборону. Иными словами, острова постепенно превращаются для администрации Трампа из далекого территориального спора в еще один потенциальный инструмент давления на союзника.

Милей почувствовал открывшееся окно возможностей почти мгновенно - между заявлением Трампа 31 августа и его собственным выступлением прошло всего три дня.

Буэнос-Айрес добивается своего

Есть здесь еще один любопытный момент. Одной из главных целей аргентинского давления стала израильская Navitas Petroleum, хотя Милей остается одним из наиболее последовательных союзников Израиля в Латинской Америке. Буэнос-Айрес специально дал понять, что действия против компании не должны рассматриваться как ухудшение отношений с Израилем. Для аргентинского президента вопрос Мальвин в данном случае оказался выше даже наиболее важных внешнеполитических связей его правительства.

Последствия разгорающегося скандала не заставили себя долго ждать.  После выступления Милея акции компаний, связанных с проектом, оказались под давлением. А крупные нефтесервисные SLB, Baker Hughes и Halliburton, по имеющимся данным, дали понять аргентинским властям, что не собираются участвовать в работах на Фолклендах. Для Sea Lion это пока не является критическим препятствием. Утверждается, что проект идет по графику и опирается на законные лицензии властей островов и поддержку британского правительства. Но именно здесь становится понятен смысл шагов Буэнос-Айреса. Аргентине необязательно физически остановить добычу. Достаточно сделать участие в ней более дорогим, юридически рискованным и политически неудобным для международного бизнеса.

Лондон со своей стороны, похоже, отступать не собирается. 8 сентября правительство вновь заявило в парламенте, что не сомневается в британском суверенитете над островами и считает определяющим право их жителей самим выбирать свое будущее. Здесь вновь напомнили и о референдуме 2013 года, когда подавляющее большинство жителей архипелага проголосовали за сохранение статуса британской заморской территории.

Повторения войны 1982 года ожидать не стоит. Милей, несмотря на резкость заявлений и намерение укреплять военную инфраструктуру на юге Аргентины, не демонстрирует готовности решать вопрос силой. Да и военное соотношение сторон делает подобный сценарий крайне маловероятным.

Новая борьба за Фолкленды выглядит совсем иначе. Ее оружием становятся санкции, уголовные дела, инвестиционные риски, нефтяные контракты и дипломатические маневры.

Расчет оправдывает средства

Есть у жесткой позиции Милея и вполне понятный внутриполитический смысл. Дело в том, что на фоне снижения рейтингов тема Мальвин для него особенно удобна. Ведь экономическая политика президента раскалывает аргентинское общество, его тесные отношения с США и Израилем также воспринимаются далеко не однозначно. А вот вопрос принадлежности островов - одна из немногих тем, по которой в Аргентине существует почти национальный консенсус. Претензии на Мальвины закреплены даже в конституции страны. Поэтому, ужесточая давление вокруг Sea Lion, Милей одновременно пытается помешать дальнейшему укреплению британских позиций на островах и получает возможность выступить по вопросу, в котором его поддерживают далеко за пределами собственного политического лагеря.

Пока Трамп не сделал ни одного реального шага в пользу Аргентины, и вполне возможно, что не сделает. Поэтому резких геополитических кульбитов ждать не стоит. Но для Милея важен уже сам факт возникшей неопределенности. Впервые за долгое время у Буэнос-Айреса появилась возможность сыграть на разногласиях между Вашингтоном и Лондоном, и Милей решил этим воспользоваться.

Поэтому ближайшие два года могут стать особенно важными. Аргентине необходимо максимально осложнить разработку Sea Lion до начала добычи в 2028 году. Одновременно ей выгодно использовать нынешние разногласия между США и Великобританией, пока Трамп находится у власти.

Получится ли из этого что-либо, сказать сложно. Вашингтон не стал союзником Буэнос-Айреса, да и Лондон не собирается отказываться от островов. Но Милей, похоже, решил действовать именно сейчас, пока обстоятельства впервые за долгое время складываются для Аргентины относительно благоприятно. И судя по первым результатам, расчет себя оправдывает.